Книга Тени прошлого, страница 43 – Джорджетт Хейер

Эвон отпустил подбородок Леона.

— Надо полагать, так и будет, – неожиданно сказал он и махнул белой рукой в сторону двери.

— Наверно, бесполезно тебя спрашивать, где ты был? – спросил Хью, когда Леон вышел из комнаты.

— Совершенно бесполезно.

— И что ты собираешься делать дальше?

— На этот вопрос я могу ответить. Я поеду в Лондон.

— В Лондон! – с изумлением воскликнул Хью. – А я думал, что ты намерен еще несколько месяцев побыть в Париже.

— Но у меня никогда не бывает намерений. Поэтому на меня косо смотрят матери хорошеньких невест. Нет, мне надо вернуться в Лондон.

Он вынул из кармана веер из тонкой куриной кожи, и стал им обмахиваться.

— Зачем тебе в Лондон? – Хью бросил взгляд на новую игрушку герцога. – Что это ты вздумал манерничать?

Эвон посмотрел на веер с расстояния вытянутой руки.

— Я и сам удивляюсь, дорогой Хью. Я нашел веер дома с запиской Марча, который объясняет это следующим образом. – Он нашел в кармане сложенный вчетверо лист бумаги, вставил в глаз монокль и прочитал: – Где это… а вот: «Я посылаю тебе эту прелестную безделушку, которая сейчас – последний крик моды. Все кавалеры, претендующие на утонченность, обмахиваются подобными веерами и в теплую, и в холодную погоду – так что в этом мы соперничаем с дамами. Пожалуйста, дорогой Джастин, носи веер с собой: ты не можешь отрицать, что он искусно расписан. Я купил его для тебя у Джеронимо. Надеюсь, тебе понравятся золотые распорки».

Эвон поднял глаза от письма, взглянул на черный веер с золотой росписью и золотыми кисточками.

— Так нравится он мне или нет?

— Фатовство, – заявил Хью.

— Несомненно. Но зато парижскому свету будет о чем посплетничать. А Марчу я куплю муфту. Из горностая. Так ты понял, что мне надо немедленно ехать в Лондон?

— За муфтой для Марча?

— Вот именно.

— Я вижу, ты придумал отговорку. А Леона ты с собой возьмешь?

— Да, Леона я возьму.

— А я хотел тебя еще раз попросить, чтобы ты отдал его мне.

Герцог стал обмахиваться веером, держа его так, как держат дамы.

— Нет, этого я не могу допустить. Это было бы неприлично.

Хью посмотрел на него с возмущением.

— Неужели ты тоже поддался на обман? Вот уж не ожидал.

— Как это понимать, Джастин?

— А я-то думал, что ты всех насквозь видишь, – вздохнул герцог. – Ты восемь дней общался с Леоном и так и не разгадал его обмана.

— Какого обмана?

— Ты до сих пор не понял, что это не Леон, а Леони.

Давенант всплеснул руками.

— Так ты знал?

Герцог перестал обмахиваться веером.

— Конечно, с первой минуты. А ты?

— Я догадался примерно через неделю. Но надеялся, что тебе это неизвестно.

— Это просто смешно, дорогой Хью, – улыбнулся герцог. – Ты считал меня таким наивным? Я тебя прощаю только потому, что опять поверил в твою проницательность.

— Я думал, ты и не подозреваешь. – Хью прошелся по комнате. – Ничего не скажешь – ты умеешь скрывать свои мысли.

— И ты тоже, Хью.

Герцог опять начал обмахиваться веером.

— Почему же ты не разоблачил обман?

— А ты почему не разоблачил, многоуважаемый Хью?

— Я боялся, что, если ты узнаешь правду… Я хотел забрать у тебя девушку.

Герцог улыбнулся и прикрыл глаза, медленно помахивая веером.

— Этот веер выражает мои чувства. Мне надо целовать руки и ноги Марча. В переносном смысле, конечно.

Давенант глядел на него с негодованием, раздраженный его легкомысленным тоном. Потом невольно и сам засмеялся.