Книга Арабелла, страница 154 – Джорджетт Хейер

— Нет, все хорошо, – всхлипнула Арабелла. – Только я не заслуживаю такого счастья! Вы мне никогда не были безразличны, сколько я ни старалась! Я думала, что вы всего лишь играете со мной!

Мистер Бюмарис крепко обнял ее и поцеловал, после чего мисс Тэллант с большим удовольствием вцепилась в лацкан его сюртука и разрыдалась на его груди. Все те слова утешения, что мистер Бюмарис шептал кудряшкам, свисавшим на ее щечки, лишь заставляли ее рыдать еще сильнее, и в конце концов он сказал Арабелле, что, даже несмотря на всю свою любовь, не позволит ей испортить его любимый сюртук. Арабелла перестала плакать и рассмеялась, и после того, как мистер Бюмарис вытер ей слезы и вновь поцеловал, девушка полностью взяла себя в руки, смогла сесть на диван рядом с ним и принять из рук мистера Бюмариса стакан уже остывшего молока. Мистер Бюмарис сказал Арабелле, что она обязательно должна выпить молоко, иначе миссис Уотчет будет в ярости. Арабелла слабо улыбнулась и принялась его пить.

— И папа дал согласие! – выдохнула она. – Что он скажет, когда узнает правду. Что вы ему рассказали?

— Я рассказал ему правду, – ответил мистер Бюмарис.

Арабелла чуть не выронила стакан.

— Всю правду? – спросила она. Ее лицо вновь побледнело.

— Всю. Нет, про Бертрама я, конечно, рассказывать не стал. Более того, его имя даже не звучало в нашем разговоре, и, отсылая вашего брата в Йоркшир, я наказал ему ни словом не обмолвиться о своих приключениях. Мне очень нравится ваш отец, я его высоко ценю и не хотел бы расстраивать этой историей. Я рассказал всю правду о нас.

— Он… он очень зол на меня? – спросила Арабелла тонким испуганным голоском.

— Думаю, он немного опечалился, – признал мистер Бюмарис. – Но когда узнал, что вы никогда бы не назвались богатой, если бы случайно не подслушали, какие глупости я говорил Чарльзу Флитвуду, то понял, что винить нужно скорее меня, а не вас.

— Правда?! – с сомнением произнесла Арабелла.

— Пейте молоко, любовь моя. Конечно, правда. Между нами: ваша мать и я сумели-таки доказать ему, что это именно я подбил Чарльза распространить этот слух, и, когда слух разлетелся по городу, у вас уже не было возможности его опровергнуть, потому что вас никто не спрашивал. Думаю, он прочитает вам коротенькую нотацию, но я уверен, что он уже простил вас.

— А вас он тоже простил? – удивленно спросила Арабелла.

— Ну ведь у меня хватило духу покаяться, – объяснил мистер Бюмарис. – Он тут же меня простил. Не понимаю, что вызывает ваше удивление? Я нашел вашего отца приятным во всех отношениях. Я давно уже так мило ни с кем не общался. После того как ваша мать и сестра отправились спать, мы проговорили с ним в его кабинете до самого утра.

Удивление Арабеллы росло.

— Сэр, и о чем вы говорили? – Она не могла себе представить, о чем беседовали ее отец и несравненный мистер Бюмарис.

— Мы обсуждали отдельные аспекты «Введения в Гомера» Вольфа. Я увидел эту книгу на полке в кабинете вашего отца, – спокойно сказал мистер Бюмарис. – А свою приобрел в прошлом году в Вене. Меня очень заинтересовала теория Вольфа о том, что «Илиада» и «Одиссея» написаны не одним, а несколькими авторами.

— Книга об этом? – спросила Арабелла.

Мистер Бюмарис улыбнулся, но ответил серьезно:

— Да, книга об этом. Однако ваш отец, более мудрый ученый, чем я, находит наиболее увлекательной вступительную статью, где рассказывается о методах изучения древних манускриптов. Я в этом абсолютно ничего не понимаю, но надеюсь, что многое почерпнул из его весьма справедливых наблюдений.