Книга Английская жена, страница 100 – Эдриенн Чинн

Софи поспешила проглотить вопросы, которые были готовы вот-вот выпрыгнуть из нее: «У него кто-то есть? Он женился?»

— Я приехала в гости к тете на пару недель.

— Ну, тогда Сэм точно узнает, что ты тут. Только, сдается мне, не сильно обрадуется.

Поморщившись, Винс вытер руки промасленной тряпкой и смотрел, как Софи, хрустя гравием, быстро идет по дорожке к гаражу и скрывается за поворотом.

— Чуть крышей не поехал, говоришь? – Высокий мужчина в байкерском прикиде стоял в дверном проеме гаража и перебрасывал из одной руки в другую жестяную масленку.

— Ну Сэм, паря, тебя ж тогда так размазало.

— Как она выглядит?

— Да отлично. О тебе спрашивала.

— Я слышал. – Он бросил Винсу масленку. – Но это ничего не значит.

Тот, поймав масленку, заметил:

— Все, что я знаю о женщинах, поместится на кончике удочки, но одно знаю точно: просто так они вопросов не задают.

— Ты не знаешь Софи, – хмыкнул Сэм.

— Да ты тоже не больно-то ее знаешь, – проговорил Винс, ткнул перочинным ножиком в горлышко масленки и, наклонившись над двигателем, залил густое черное масло в нутро байка. – Почему б тебе не поздороваться с ней?

— Байк в порядке, а мы с ней, – Сэм зашел в гараж, – все равно скоро увидимся.

Винс пожал плечами и бросил пустую масленку в ржавое мусорное ведро. Двигатель блестящего красного «Кавасаки» ожил, и Сэм выехал на дорогу. Остановившись, он проверил пробки, махнул Винсу и помчался в сторону Типпи-Тикл.

Почти в этот же миг послышался хруст гравия. Софи подошла, вытащила из сумочки бумажник и спросила:

— Все в порядке? Сколько я тебе должна?

— Двадцать два, но давай двадцать, и мы в расчете.

Дверца машины хлопнула, и Элли, как раз работавшая возле открытого окна эркера, оторвала взгляд от акварели, бросила кисть в банку с водой и вытерла руки о фартук.

— Она приехала!

Из задней комнаты вышла Флори в красной футболке, джинсах и клетчатой рубашке с закатанными рукавами. В левой руке она держала миску с маслом и сахарной пудрой, в правой – деревянную ложку.

— Долгонько же она ехала, – проговорила Флори, подходя к окну.

Элли взглянула на наручные часики.

— Что ты имеешь в виду? Она всего два часа назад звонила из Гандера.

— Десять лет, Элли, – хмыкнула Флори, – она ехала десять лет. Не два часа.

— Что ты такое говоришь? – Элли посмотрела на нее поверх очков в роговой оправе. – Она занятая женщина, практически в одиночку управляет тем самым архитектурным бюро в Нью-Йорке.

— Она могла бы звонить, если уж приехать не получается. Да хотя б с Рождеством поздравлять.

— Да ладно, Флори. Люди не всегда поступают так, как тебе хочется. За свои восемьдесят с чем-то лет я научилась понимать это и теперь не особо разочаровываюсь в людях. Я просто счастлива, что она приехала. И прямо на мой день рождения. Это ли не чудесно!

Флори пожала плечами.

— Странно, что она приехала вот так, спонтанно. Раз она такая вся занятая, то и жизнь у нее расписана на год вперед. Такие, как она, постоянно же все планируют и записывают.

— Флори, постарайся быть любезнее. Она моя единственная племянница.

— Да просто ты меня убила, когда сказала, что она позвонила тебе из Гандера и сообщила, что едет к нам. – Флори нахмурилась, разглядывая крем, который взбивала в миске. – И Сэм еще где-то запропастился с этим сливочным сыром. А без него морковный пирог – совсем не торт.