Книга Английская жена, страница 22 – Эдриенн Чинн

— И как так получилось, что ты ее везешь туда?

— Мэвис Хеннесси меня попросила. А ты знаешь, ей нельзя отказывать.

— О боже, да. Я знаю Мэвис. Когда приезжаю в Гандер к дяде Гарланду, играю у них в карты. Никто не смеет говорить Мэвис «нет».

— У тебя там телевизор работает? – спросил Сэм, посмотрев на гараж. – Она не знает, что случилось в Нью-Йорке. В аэропорту не хотели никому говорить. Оставили работать только один таксофон, а Джойс Фадж на другой линии брала трубку и говорила всем, что не может перенаправить звонок. Не хотели паники. А потом Джойс ушла детей из школы встречать, так на всех таксофонах повесили табличку: «Не работает».

— Да уж. А в телике это на каждом канале. Жуть. Ваще не могу поверить.

— Здравствуйте, это Элли.

Закусив губу, Софи слушала этот британский английский с легким налетом местного говора.

— Тетя Элли? Это Софи Пэрри. Дочь Дотти и Джорджа.

На мгновение голос на том конце провода замолчал.

— Софи?

Софи наматывала ржавый шнур таксофона на палец.

— Я… я прошу прощения за этот неожиданный звонок. Я летела в Нью-Йорк из Лондона, но наш самолет перенаправили в Гандер. На самом деле сюда почему-то много самолетов перенаправили. Я до сих пор не знаю причины. Что-то произошло в Нью-Йорке, и там закрыли воздушное пространство. Это все, что я знаю.

— Ты в Гандере? С людьми из самолета?

— Нет. Но я только что оттуда. Сейчас я на заправочной станции в Ирвинге, еду в Типпи-Тикл. Меня везет некто по имени Сэм Берн. Я… у меня был ваш адрес со старой рождественской открытки, а номера телефона я не знала. Мне его только что Сэм дал. В аэропорту ни один таксофон не работает, мобильные вообще отключены. В Гандере всех развозят по школам и спортзалам. Нас тут тысячи.

Элли немного помолчала.

— Боже мой, Софи. Ты действительно здесь? На Ньюфаундленде?

Софи посмотрела на тощие елки.

— Да, я действительно здесь.

— И ты правда не в курсе, что случилось?

— Ну, я что-то слышала о происшествии во Всемирном торговом центре, но больше ничего не знаю. – Софи сглотнула ком, подступивший к горлу, и облизнула пересохшие губы. – Простите, тетя Элли. Наверное, я должна была остаться в аэропорту со всеми остальными. Вы же совсем не знаете меня. Простите, что побеспокоила.

— Боже мой, Софи, что за глупости. Садись на мотоцикл и скажи Сэму, чтобы ехал осторожно. Мы поговорим, когда ты придешь. У нас тушеное мясо на ужин и полно места. Мы же семья, моя дорогая. Можешь остаться у нас.

— Думаю, это всего на пару дней. Не хочу навязываться.

— Ты совсем не навязываешься. И пожалуйста, оставайся тут сколько захочешь.

— Большое спасибо, тетя Элли.

Сглотнув слезы, Софи повесила трубку, достала из сумочки записную книжку и со вздохом набрала нью-йоркский номер.

— Боже мой! – Софи прижимала трубку к уху. – Я совсем ничего не знала. Как вы? В порядке?

— Мы в порядке. – Голос секретарши заметно дрожал. – Но у нас были клиенты в Северной башне. Мы… Мы просто…

Софи поднесла руку ко рту.

— Ох… Мне так жаль… Простите, как вас зовут?

— Джеки.

— Мне так жаль, Джеки. Но хоть что-то оттуда слышно?

— Там как будто сплошная зона боевых действий. На месте башен. Всюду дым и пыль. Черная туча на весь район.

— О боже.

— Послушайте, мисс Пэрри, не беспокойтесь о встрече. Сейчас точно не до нее. Но мы что-нибудь придумаем. Позвоните, когда будете в Нью-Йорке.