Книга Землянка для космического генерала, страница 23 – Ксения Старк

И вот теперь мы сидели на мостике лицом к лицу и его «отличное настроение» выражалось в том, что он допрашивал меня взглядом, словно на дознании.

— Что ты хочешь увидеть, так пристально меня рассматривая? — не выдержала я, чувствуя, как под этим ледяным синим напором по телу разливается нервный румянец.

Он наклонился чуть ближе и его колено коснулось моей ноги.

— Да вот, всё никак не могу понять, — начал он и его низкий бархатный голос прозвучал задумчиво. — С самого начала нашего... общего приключения на «Страже» ты ведёшь себя как-то странно. То держишься со мной на равных, то смотришь так, будто я тебе забор испортил. Ты меня боишься? Или я что-то сделал не так и ты обиделась?

Не успела я найтись с ответом, как он внезапно приблизил свое лицо еще ближе. Слишком близко. Настолько, что я могла разглядеть каждую ресницу в его темных бровях, мельчайшие морщинки у глаз и идеально гладкую кожу на щеках, пахнущую чем-то приятным. Его дыхание коснулось моего лба и от этого по спине побежали мурашки.

Мой внутренний монолог в этот момент был хаотичным и паническим: «Боги, ну что ему нужно? И почему он пахнет так... не по-военному? Да ещё и в таких условиях, в каких мы сейчас. И почему он так близко? Это допрос с пристрастием? Или он проверяет мою реакцию? А может, он опять решил подшутить надо мной?»

Внешне же я старалась сохранить каменное, невозмутимое выражение лица, но чувствовала, как предательский румянец заливает щёки. Мне хотелось отодвинуться, но это было бы признанием слабости. Так что я сидела, впившись пальцами в подлокотники кресла и пыталась дышать ровно, глядя куда-то в район его подбородка.

— Ну? — мягко настоял он и его губы тронула едва заметная улыбка. Он явно видел мое смятение и черт возьми, получал от этого удовольствие.

— Ни на кого я не обиделась, — как-то неуверенно начала я. — Да и с чего ты вообще решил, что я отношусь к тебе как-то не так?

— Просто мы с тобой в одной лодке и поверь, надолго. До тех пор, пока не разберёмся со всем этим. И мы — единственные, кому мы можем доверять. Я — тебе, а ты — мне. Так что я, наоборот, не могу понять твоей... отстранённости.

— Хочешь — значит, узнать? — сказала я, опустив взгляд.

— Конечно. Иначе бы не спрашивал.

Я вздохнула. Говорить ему об этом не хотелось. Мало ли как он отреагирует. Вдруг решит, что у меня к нему личные счёты, и станет видеть во мне проблему, как сейчас в Эфире.

— Тебе фамилия Громова ни о чём не говорит? — спросила я, всё ещё глядя в пол.

Он на секунду задумался.

— Хотя глупо спрашивать. Незачем запоминать имена тех, кого убил.

Его лицо стало серьёзным, ледяные глаза сузились.

— Помню.

Я подняла на него взгляд.

— Что?

— Помню этого парня. Офицера. Звали его Михаилом. Хороший офицер. И превосходный солдат. Именно он обыграл меня в той битве под Аксиомом. Это был кто тебе? Брат? Муж?

У меня перехватило дыхание. Мы говорили о моём брате, о котором выжившие офицеры рассказали, что он был подло убит Кассианом. А он… он говорил о нём с таким… уважением.

— Мой брат, — прошептала я. — Но он был младшим офицером. Он не мог разрабатывать операцию, только командовать отрядом. Разве не так?

— Разве? — удивился Кассиан, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на искреннее недоумение. — Ты ошибаешься насчёт него. Это он перехитрил меня. Заставил вновь почувствовать азарт в сложном сражении и… горечь поражения. Я уважал его. Мне жаль, что мы больше не сойдёмся в бою, чтобы я мог взять реванш. И, судя по твоим словам, он мёртв?