Книга Страшилище, страница 161 – Марьяна Брай

Когда я спустилась, уже на лестнице вспомнив о своей маске и поспешно надев ее, Елена бросилась ко мне. Глаза, красные от слёз, были полны облегчения и укоризны. Она крепко обняла меня, прижимав к себе, и принялась, всхлипывая, выспрашивать, где же я была, что со мной произошло и что случилось с Марфой.

Я успокаивала её, как могла, стараясь говорить спокойно и убедительно. Мы завтракали с Еленой за одним столом, впервые за долгое время. Завтрак был наполнен нашими тихими обсуждениями странной пары Марфы и дяди, которые сидели напротив, словно не замечая ничего вокруг, поглощённые своими мыслями и совершенно не реагирующие на нас. Казалось, для них всё шло по плану: их собственному, неведомому нам.

Когда в дверь постучали, и Елена поспешила открыть, я ничуть не удивилась, увидев появившегося на пороге столовой Константина. Более того, я даже почувствовала радость, словно ждала его. Константин поправил пиджак, который шёл ему не меньше, чем форменный френч: ткань мягко облегала его сильную фигуру, подчеркивая стать, и прошёл внутрь.

Елена с радушием пригласила гостя позавтракать с нами, и тот, вполне довольный, согласился. За столом разговор потёк непринуждённо. Константин отметил, что в ресторане при гостинице есть не решается. Я обратила внимание на этот момент, задумавшись о причине: ему там неуютно или небезопасно?

Я попросила Марфу с дядей выйти в сад, с энтузиазмом расхваливая пригревающее солнце. Мол, там им будет… приятнее. Да и нам нужно было поговорить наедине. Я заметила, как внимательно Константин рассматривает меня, его взгляд скользит по маске, а потом, словно невзначай, рукой незаметно задевает вчерашнюю рану на голове, скрывая это простым приглаживанием шевелюры. Этот жест не ускользнул от меня.

Мужчина отпил из своей чашки, поставил её на стол с едва слышным стуком. Его глаза, прежде скользящие по моему лицу, теперь пристально заглянули в мои. Какой-то странный огонёк то ли предвкушения, то ли вызова мелькнул и исчез, словно он на что-то решился.

— У меня есть предложение, Верочка… – начал он, и его голос, всегда такой ровный и уверенный, сейчас звучал чуть глуше обычного. – …от которого тебе лучше не отказываться.

Моё сердце ёкнуло, словно пойманная птица. Я замерла, буквально ощущая, как воздух вокруг меня сгущается. Слова «лучше не отказываться» прозвучали не как угроза, а как что-то гораздо более весомое, как неоспоримая истина, от которой веяло неотвратимостью судьбы.

Увидев моё мгновенное оцепенение, он чуть заметно улыбнулся уголком губ.

— Я готова тебя выслушать, – наконец произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя внутри всё странно трепетало. А в голове пронеслось: «Это когда мы успели перейти на Верочку?».

Мой взгляд не отрывался от лица визави, пытаясь угадать, что он задумал.

Он глубоко вдохнул и продолжил, глядя прямо мне в глаза:

— Я предлагаю тебе работать со мной. Твоей силы хватит на очень многое, Верочка, – он выделил это слово с особенным, почти интимным оттенком. – И ты принесёшь куда больше пользы там, со мной, чем здесь, в этой глуши.

Он договорил и замер с выжидающей улыбкой, ловя в моём закрытом маской лице эмоции, словно пытался разгадать сложный ребус. Ощущение было, что мне обещали мороженое, самое вкусное в мире, а дали сухари. Что-то внутри поднялось и заклокотало, будто горячий источник рвался наружу.