Книга Дочь Ненависти: проклятие Ариннити, страница 60 – Елизавета Девитт

И я действительно подумала, что это — конец.

Но падение закончилось оглушающим, глухим ударом. Ведь только в последнюю секунду — за миг до столкновения с камнем брусчатки — вспыхнуло заклятие, его щит.

Он погасил часть удара, но не боль отдачи. И меня всё равно швырнуло в него, как куклу. Тело дрожало от силы вибрации, кости звенели, и стон вырвался из горла прежде, чем я успела его проглотить. Но это был не крик — это было доказательство того, что я всё ещё жива.

И мне было почти жаль, что я снова ускользнула от объятий Смерти. Почти. Ведь риск раствориться в пустоте, без шанса на возрождение, был страшнее любой смерти.

Поэтому я сжала зубы до хруста и всё же попыталась подняться. Ведь тому, кто выступил в роли моей подушки и принял основной удар на себя, тоже было ничуть не легче.

Только рука на талии, казалось, застыла в спазме, не давая мне убежать. Будто моё тело ещё было на это способно. И, с трудом подавляя звенящий в голове шум, я услышала его тихий хриплый голос:

— Только не дёргайся. Они могут выстрелить в любую секунду.

Я не сразу поняла, о чём он. Его слова прошли мимо меня, как сквозняк — не зацепившись, не оставив смысла. Но потом я всё же повернула голову.

Сквозь пыль, оседавшую серым налётом на плечах, сквозь дрожащий от использованной магии свет, сквозь боль в висках и рваное дыхание я увидела их.

Стражи. Они стояли полукольцом, окружив нас плотной стеной — чёрные силуэты, одинаковые и бесстрастные. Их арбалеты — наготове, цели зафиксированы. В них не было ни дрожи, ни колебаний. Их стрелы, готовые сорваться в любой миг, могли стоить мне одного из двух: либо жизни, либо свободы.

Тогда я, без финального аккорда, так беспомощно уронила голову обратно на грудь мага. Туда, где ещё глухо стучало его сердце, ставшее мне щитом.

В этот миг я проиграла всё и сразу. И больше не пыталась бороться.

Я не дам тебе ни дыма, ни вина, ни прощения, ни горьких поцелуев.

Между нами трёхметровая стена, тысяча упоминаний страсти всуе.

Не пытайся взять чужое, не спросив. Мне известно: ты в крови по локоть.

У меня не очень много слов и сил, но на то, чтобы проклясть, не нужно много.

© Автор неизвестен.

— Разрушение городской собственности, магическая деятельность без лицензии, хранение запрещённых артефактов и нападение на уважаемого гражданина столицы, — с едким холодком зачитывал мужчина список моих прегрешений.

Его голос был таким же скучным, как и обстановка вокруг: стерильная комната два на два, пахнущая пылью и канцелярским отвращением к жизни, с единственным узким столом и двумя не менее унылыми стульями.

На одном из них я и сидела в допросной камере Цитадели, будто на троне, позволив себе нарочито изящно закинуть ногу на ногу. Скованные руки в оковах были лишь досадным недоразумением, от которого я знала: скоро смогу избавиться.

И потому слушала я мужчину с красивой, но слегка уставшей ухмылкой. Ведь сидела там уже, казалось, вечность — часы, спрессованные в одно тягучее, раздражающее настоящее.

Допрос катился по кругу, как колесо пытки: вопросы, обвинения, уточнения — и вновь те же самые вопросы. Они словно думали, что если достаточное количество раз назвать меня преступницей, то я вдруг соглашусь.

Их тактика работала лишь отчасти: я начинала медленно плавиться от усталости, но упрямо молчала в тех местах, что им действительно были важны. Было очевидно: я вышла сухой из воды там, где должна была захлебнуться. И ведь даже не получила ни единой ссадины при падении.