Книга Счастливая случайность, страница 140 – Макс Монро

Я не совсем уверен, но, кажется, ты увяз по уши…

Я мотаю головой в ответ на свои мысли и перенаправляю их, словно лишь они одни могут спасти меня от того, что там случилось за стенкой этой ванной комнаты.

Это ведь ничего такого, верно?

Мы с Брук практически живем вместе в этом автодоме. Она красивая девушка, и любому мужчине было бы трудно устоять в такой ситуации, в какой мы только что оказались.

Да, я почти поцеловал ее. Но ведь почти. Границу я не пересек.

Единственное, что мне сейчас нужно, – это сосредоточиться на книге и вести этот автодом, чтобы обеспечить появление Брук на всех ее публичных мероприятиях. Это моя работа. Вот, зачем я здесь, и именно этим я и собираюсь заняться.

Вполне уверен, что это подпадает под категорию «знаменитые последние слова», друг мой.

Вторник, 23-е мая

Солнце таращится на меня сквозь узкие шторки-гармошку в спальне, но я уже и так не сплю.

По правде говоря, я уже много часов не сплю. Сон прошлой ночью все никак не шел, но это, наверное, потому что я страдала от Почти Поцеловала Чейза Доусона Стрессового Расстройства.

ППЧДСР, если угодно.

Я не знаю, как это произошло, но я просто возвращалась из кухни после налета на шкафчик со снеками и врезалась прямиком в Чейза, в то время как его идеальная, мускулистая, обнаженная грудь была полностью открыта взору, и лишь на талии было закреплено белое полотенце.

Он только что вышел из душа – по сути, голый, – и мой снекоориентированный мозг быстренько сменил курс, резко взяв влево и направившись прямо в Пошловилль, США.

Чейз Доусон. В одном только гребаном полотенце. Сказать, что это ударило мне в голову и лишь слегка расширило границы моей страсти, будет преуменьшением.

Я чувствовала, как его голая, теплая грудь прижимается к моей, пока его глаза были так близко, что я могла бы различить каждую крохотную грань и мельчайшую деталь, которые делают их такими голубыми. Основание его радужек голубое, но повсюду рассеяны крохотные крошки аквамариновых блесток, и именно это придает цвету такую насыщенность и объем.

Помимо моего тесного и близкого знакомства с его глазами, я также увидела очертания его, хм-хм, сквозь полотенце. И, позвольте сказать, это не были очертания «среднего» оборудования. Он был слишком уж большим и внушительным, чтобы его можно было описать как заурядный. Нетушки. Он точно никакой не заурядный. Президент, Король и Гендиректор.

А его губы. Господи, помилуй, его губы. Я хотела его поцеловать. Подумала о том, чтобы сделать это где-то тысячу раз за минуту. И на один кратчайший миг мне даже показалось, будто он тоже хотел меня поцеловать.

Но мыльный пузырь почти-поцелуя лопнул, проколотый громким звуком извне автодома.

После этого я практически превратилась в сумасшедшую, трещала бог весть о чем, а потом бешено бросилась в спальню и заперлась внутри.

Вот тут я и сижу с прошлого вечера, застряв в этой тесной комнатушке и чувствуя себя слишком смущенной, неуверенной и опасающейся ее покидать.

Но теперь я уже приближаюсь к тому моменту, когда мне придется удовлетворить свои базовые потребности, такие как опорожнение мочевого пузыря и кормление моего бурчащего желудка, а если сделать первое здесь, то это приведет уже к совершенно другой проблеме, которую мне вовсе не хочется решать.