Книга Золотое наследие, страница 144 – Каролин Валь

— Ты все еще жив, я не был в этом уверен, – произнес он, глядя в окно, за которым бушевала серо-черная метель, такая типичная для этой зимы.

— Извини, я был занят… – начал я, чувствуя укол совести.

После Рождества, не считая пары встреч с семьей, я почти не выходил из дома. Я практически не спал, толком не ел, только рисовал. После празднования юбилея Аасмунда я уволился из «КОСГЕНа» и сделал несколько важных звонков, которые, как мне казалось, определяли мое будущее. У меня появилась идея, видение. Каждую ночь оно становилось все яснее, но я не знал, сбудется ли все как я задумал. Впервые в жизни у меня не было четкого плана, и, возможно, это к лучшему.

— Ты мог хотя бы написать, – серьезно сказал Эрик, проходя мимо меня и занося с собой холод улицы. В его руках был бумажный пакет с тушеным ягненком, пирожными и двумя бутылками холодного пива. – Фрея считает, что ты питаешься только доставкой, поэтому она приготовила для тебя ужин. Это от нее. А пиво – от меня. И, прежде чем ты откажешься: ты приглашен на Новый год. Мы собираемся у нас: мои братья, Фрея и ее подруги. – Я хотел отказаться, но Эрик уже схватил меня за плечи. – Это не то приглашение, от которого можно уклониться, Лук. Ты придешь.

Он пристально смотрел на меня, пока снимал шарф, теплую шапку и вешал их вместе с курткой на вешалку в прихожей.

— Ты снова возвел вокруг себя непробиваемую стену, не так ли? – прямо спросил он. В этом весь Эрик – именно поэтому он был мне так близок. Он всегда говорил по существу.

— Вы что, поспорили на эту тему? Сделали ставки? – спросил я, пропуская его в гостиную и следуя за ним.

— Фрея уверена, что ты либо отпугнул Элли, либо как-то иначе ранил ее. Я в этом не так уверен. В этот раз кажется, что именно она стала холодна с тобой, потому что осознала, каким упрямым ослом ты можешь быть.

Оба утверждения оказались верными, и это стало для меня внезапным и болезненным откровением. Но я был уверен, что на этот раз у нас все получится, мы справимся с этой ситуацией.

— Это не отвечает на мой вопрос. Так что насчет ставки?

Уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Когда речь заходит о чувствах наших друзей, мы никогда не делаем ставки. Особенно если дело касается чего-то такого простого, как плата за вход в новый эскейп-рум, который находится прямо за углом, – ответил он и поставил бумажный пакет на кухонный стол.

— Вы же знаете, что у вас, как у женатых людей, общий счет, поэтому не имеет значения, кто платит за вход, верно? – спросил я, и улыбка Эрика стала еще шире.

— Вопрос в принципе. Итак? – Он снова стал серьезным, и улыбка исчезла с его лица, уступив место тревоге. Его взгляд на мгновение задержался на моих пальцах, испачканных краской, а затем снова вернулся к лицу. Я вздохнул.

— Элли узнала, почему я разорвал наши отношения.

— И что? – нахмурился Эрик. – Она тоже решила, что это самая абсурдная вещь, которую я когда-либо слышал? Это хорошо. Ей давно пора было узнать правду и устроить тебе настоящий допрос.

Покачав головой, он посмотрел на меня.

— Я не знаю, что ты хочешь услышать. Мы уже обсуждали это много раз. Я не вписываюсь в их мир. Элли заслуживает лучшего, а я не могу ей этого дать. – Эрик издал звук, похожий на кашель. Казалось, что он рассержен и пытается скрыть это, кашляя в бороду.