Книга Дядюшка Эбнер, мастер отгадывания загадок, страница 62 – Мелвилл Дэвиссон Пост

Дядя Эбнер сунул руку в карман, достал несколько десятков патронов и высыпал их на стол. Патроны со звоном стукнулись о столешницу, отлетели и покатились по полу.

— Вот как я спас вас от греха убийства, Диллворт. Прежде чем засунуть ваше ружье обратно в полое бревно, я вытащил из него патроны, оставив лишь порох.

Мой дядя шагнул к столу.

— Диллворт, некоторое время назад я задал вам вопрос, на который вы не смогли ответить. Я спросил, какие земли перечислялись в объявлении о продаже за неуплату налогов, напечатанном в окружной газете. Часть газеты с половиной объявления была оторвана, и вы не смогли сказать, где она. Помните мой вопрос? Что ж, когда я его задал, ответ лежал у меня в кармане. Отсутствующую часть объявления вы забили в дуло ружья, чтобы прикрыть дробь!

Дядя достал из кармана скомканный листок газеты, расправил и приложил к газетной странице, лежавшей перед Диллвортом на столе.

— Посмотрите. Края идеально совпали!

Я уже хотел войти в сад вслед за дядей Эбнером, но у поворота живой изгороди замер при виде удивительной картины. В нескольких шагах от меня, там, где солнце затенялось виноградными шпалерами, мой дядя стоял как вкопанный на дорожке, а за него цеплялась девушка, уткнувшаяся лицом в его пальто. Не было слышно ни звука, но руки девушки дрожали, а плечи сотрясались от рыданий.

Всякий раз, когда я думаю о красивых женщинах, даже сейчас, я почему-то всегда первым делом думаю о Бетти Рэндольф. И все же я не могу мысленно представить себе Бетти, хотя отлично ее помню. Она остается в стране юношеских грез, и описать ее могут только поэты; их экстравагантные строки вторгаются в мой разум, подчиняют его, и я сдаюсь.

Я не могу сказать, что эта женщина была похожа на охапку яблоневых цветов, как говорят поэты, или что она была белая, как молоко, или что она была игривая, как котенок. Да, слова удачные и правдиво ее описывают, но они не мои. Я также не могу описать ее на языке цивилизации, к которой она не принадлежит… Цивилизации колес и шестеренок, где живут женщины совсем другого типа, без сомнения, превосходного, но, как мне кажется, менее привлекательного. Эпоха, воспитывавшая в женщинах романтические чувства и наделявшая их поэтическими фантазиями, была не такой уж никчемной, как вы думаете. Это странный мир: тех, кто верит в плуг, вознаграждает плуг, а тех, кто верит в чудеса, вознаграждают чудеса.

Возвращаясь к моему рассказу… Я остался под прикрытием живой изгороди, смотря и удивляясь. Мы приехали, чтобы поздравить эту юную женщину с предстоящим замужеством, и никак не ожидали, что она встретит нас вот так. Что могло стать причиной таких слез, такой трагедии? Непонятно. Ей предстоял брак по любви, если таковой вообще когда-либо существовал.

Жених Бетти, Эдвард Дункан, был прекрасным человеком; его земли граничили с землями Рэндольфа, и у него имелось достаточно предков, чтобы удовлетворить отца невесты. В наших горах он считался выдающимся человеком, но мне он не нравился. Вы улыбнетесь, вспомнив, что я только что писал о Бетти Рэндольф, и вспомнив, как отчаянно ревнует человеческое сердце в десять лет.

Сплетники графства обручили этих двоих еще с колыбели, и ожидания сбылись. Роман Бетти и Эдварда имел также привкус вызова, что делало его еще острее. Молодой человек купил землю и построил дом, но Рэндольф заявил, что жених должен полностью расплатиться за свои владения, прежде чем ввести в дом невесту, и Эдвард Дункан выполнил это условие.