Книга Банщик, страница 1 – Полина Ветер

* * *

Итак.

Что я делаю в самой глухой деревушке во всей Российской Федерации, за четыреста километров от города в середине июля?

Скажу.

Переживаю тяжкое и непоправимое…

Развод.

Вообще-то, отмечая это событие, я могла бы нежить свои косточки где-нибудь в средиземном море, вместо того, чтобы вдыхать пыль просёлочной дороги, что ведёт меня в место, где вряд ли знают о таком чуде, как интернет.

Но…

Во-первых, бюджет мой не располагает к расточительству в виде туристической путёвки заграницу, и, в конце концов, пора уже всё-таки навестить мою бабулю, возраст которой не помнит, судя по всему, даже она сама. И в это лето я решаю, что лучшего шанса сбежать от навязчивой драмы развода с мужем просто не существует.

Тут он точно не сможет меня достать своими бесконечными «сопливыми» спорами о разделе имущества и рефлексии по поводу разладившихся отношений с Маришей.

Мариша – это наша дочь. Ей двадцать два, она живёт в Питере и совершенно спокойно воспринимает наше неизбежное расставание с Владимиром. А вот он - нет.

И это в конец меня достало.

С чем ассоциируется у вас слово «развод»?

С депрессией, обидами, бесконечными самокопаниями в стиле: «Что я сделала не так?»?

Абсолютно наоборот.

Для меня это - освобождение. Новые возможности и совершенно другая жизнь.

Мне сорок два, и я искренне считаю, что в этом возрасте ещё не поздно начинать всё сначала.

В мире столько всего интересного!

Но для этого нужно, сперва, избавиться от всего старого и ненужного.

Типа мужа моего… истеричного…

Вы спросите, почему я не сделала этого раньше?

Если честно, и в мыслях не было. Я просто текла по течению и даже не думала, что так всё повернётся. Но у моего благоверного появилась молоденькая «Любовь» (какой каламбур, это как раз имя любовницы мужа…), а я вдруг подумала: вот он шанс начать жить заново.

Так, как хочется мне, а не кому-то.

И вот я здесь. В деревне с чудесным названием «Весёловка». С чемоданом летних платьев и шорт, а так же парой симпатичных купальников, готовая к перезагрузке на все сто процентов.

Тем более, бабуля обещала мне насыщенную программу. Походы в лес, плавание в речке, сбор ягод и просто потрясающую атмосферу русской глубинки, где буквально всё создано для того, чтобы сделать из тебя счастливого человека. А ещё, у них здесь банщик какой-то знаменитый, к которому со всех близлежащих районов люди приезжают и не только, вроде даже из-за границы кто-то наведывался опробовать «волшебного парку»...

Ну и какая тут нафиг депрессия?

Да я такой счастливой сто лет не была.

* * *

Бабуля встречает меня со всевозможными почестями. Напекла пирогов, сбегала к соседке за молоком, малинки собрала, святая женщина…

— Ешь, ешь, Люсинда. – Приговаривает она, хлопоча вокруг меня, как наседка. – Тощая такая… Ну ничего, откормим, отпарим, будешь, как новенькая, румяная!

Так-то до «тощей» мне далеко, но лишним весом не страдаю, это правда. И, как многие говорят, на свои годы не выгляжу, типа, гораздо моложе. Но бабулю в этом вряд ли переплюну. Она в свои девяносто (плюс-минус пятнадцать) лет порхает, как бабочка.

— Это всё Петруша. Он у нас волшебник! Вон, у Маруси защемило спину, встать не могла. Отволокли её к нему – поставил на ноги, окаянный, за два сеанса всего!