Книга Банщик, страница 4 – Полина Ветер

По пути ругаю себя, бабулю, проектировщиков колодцев, деревню в целом и общипанного соседского петуха, который разбудил меня зачем-то в такую рань! Всех, кроме соседа.

Потому, что тот даже ругательства недостоин. Так издеваться над старой больной женщиной! А я из-за него все руки и ноги исцарапала, сарафан испачкала, дубина неотёсанная…

Всё.

После такого – он потерял в моём лице лояльную клиентку. Всем знакомым разрекламирую, чтобы к «Петруше» ни ногой, будь он хоть трижды «Волшебник Изумрудного города», блин…

Как будто они до этого к нему в очередь стояли…

* * *

После сытного завтрака, я, водрузив свои бледные телеса на старинный, оставшийся от деда велосипед, отравляюсь к местной речке - искупаться и позагорать.

Злосчастную колонку я всё-таки нашла.

Кто ж знал, что в этом захолустье водопровод имеется?

Подсказал мне дорогу бабулин сосед с другой стороны – дед Платоныч. Очень колоритный мужичок, уже с утра пораньше наведался к соседке со словами: «Не завалялось ли там у тебя, Евстафьевна, для соседа родного живительной настоечки? Очень уж надо в целях оздоровления…»

Бабуля «родство» соседа подвергла сомнению и в помощи отказала, но дед попался не обидчивый и с удовольствием показал мне путь к воде.

Оказалось, всего-то через короткий переулок на соседнюю улицу пройти.

Без приключений.

Поэтому, подкрепившись бабушкиными вкуснейшими оладушками со сметаной, я отправляюсь на речку.

Путь проделываю не близкий, но следуя чётким указаниям бабушки, и всё того же Платоныча, попадаю точно к цели – небольшому пляжу, располагающемуся между зарослей деревьев.

Здесь прекрасное уединённое место и водичка в реке прозрачная, так что я, вдоволь наплававшись, распластываюсь на покрывале, подставляя солнышку все свои «стороны» для лучшей «прожарки».

Однако, в какой-то момент, надо мной возникает тень.

Я даже удивляюсь, сперва, откуда? Вроде на небе ни облачка не пролетало.

А потом поворачиваю голову и обнаруживаю похитителя солнца.

Двухметровая фигура «Петруши» нависает надо мной грозной тучей, на лице которой ни намёка на улыбку или какого-то маломальски человеческого выражения.

— Придёшь сегодня?

Морда протокольная. Как ещё наглости хватает…

Я переворачиваюсь, прикрываясь полотенцем, а то купальник мой слишком откровенный.

— Понравилось надо мной издеваться? – Меня немного отпустило, поэтому произношу это с ухмылкой.

— Какие могут быть в бане издевательства? – С долей удивления.

— Откуда я знаю, куда вас фантазия заведёт…

Сосед как-то странно замирает, и я, даже щурясь на солнце, замечаю, как напрягаются скулы под бородой.

— Приходи. – Говорит чуть охрипшим голосом. – Тебе понравится.

Меня вдруг бросает в жар, видимо, время близится к полудню, и я перегрелась, так что пора сматывать удочки. Но я не шевелюсь под пристально-изучающем взглядом «Петруши».

Он больше ничего не говорит. А потом просто уходит, не прощаясь, будто «Фантомас» какой-то.

Ещё минут десять я прихожу в себя. После, тряхнув головой, собираю пожитки.

Уже вечером, дома, беру старенький потрёпанный кнопочный телефон бабушки, чтобы позвонить Марише.

— Привет бегемотикам! – Радостно кричу в трубку, повиснув на заборе, ухватившись одной рукой за трухлявый столб, чтобы не свалиться.