Книга Дело чёрного старика, страница 37 – Андрей Толоков

— Боже мой! – Дмитрук ринулся ей навстречу. – Люба, здравствуйте! Какими судьбами вы в наших краях?

Пожарская сразу не поняла, что за спектакль? Он же сам её пригласил. Теперь делает вид, что встретил в вестибюле обкома совершенно случайно. Но Дмитрук шёл на амбразуру с открытым забралом.

— Пойдёмте со мной. Я сейчас вас удивлю.

«Нелепость какая-то», – думала Люба, но вслух ничего не говоря, пошла со вторым секретарём.

В своём кабинете Дмитрук усадил девушку в одно из помпезных кресел, между которыми стоял журнальный столик. На стол поставил вазу с фруктами и достал из бара красивый хрустальный графин с напитком кофейного цвета и два бокала.

— Вы, Люба, после премьеры поступили не очень хорошо, – разливая коньяк по бокалам с лукавой улыбкой, говорил секретарь. – Вы нас покинули, даже не попрощавшись. А я ждал.

Пожарская не отвечала. Она начала понимать, куда клонит Дмитрук, но не хотела об этом думать. Владимир Григорьевич протянул Любе бокал, наполненный коньяком.

— Вы меня простите, – сказала Люба, – но я не пью коньяк.

— Вот как? – Дмитрук приподнял брови, – А мне казалось, что служители Мельпомены очень даже любят благородный напиток.

— Служители, может быть, и любят, а я нет, – Люба сказала это жёстко и встала, чтобы уйти.

— Сядьте, пожалуйста, – Владимир изменился в лице. Он присел на край большого тяжёлого стола и нога его нервно затряслась. Вдруг видя, что Люба его не послушалась, он крикнул. – Сядьте на место!

Девушка не ожидала такого. Она медленно, не сводя глаз с Дмитрука, опустилась в кресло. Секретарь подошёл к двери, провернул два раза ключ и убрал его в карман.

— Что это значит? – испуганно спросила Люба.

— Это значит, дорогая моя, что я буду решать, когда вам уходить, а когда сидеть и слушать то, что я говорю. Вот что это значит.

Он подошёл к сидящей неподвижно Пожарской, наклонился и некоторое время смотрел ей в глаза.

— Неужели вы не понимаете, Люба, что здесь и сейчас я могу решить вашу судьбу? Или вы как наивная девочка думаете, что ваш талант может на что-то просто так претендовать в этом мире? Чушь и бред. Мы! Мы сильные и властные люди решаем всё. Кто талантлив, а кто бездарен. Кто достоин, а кто нет. Кто будет обласкан и приближен, а кто сгниёт на задворках. Против этого не надо выступать. С этим надо смириться. Смириться и слушаться меня. Сегодня я определяю твою судьбу.

Люба смотрела на высокого сильного мужчину и понимала, насколько она беззащитна. Он волен делать и говорить всё что угодно. И Пожарская не могла этому что-либо противопоставить. Смириться? Но как? Она к этому не готова. Не к этому она себя готовила.

— Отпустите меня, – жалобно произнесла Пожарская.

— Ха! – Дмитрук увидел испуганные глаза девушки и начал хохотать. Хохотать бесцеремонно и пошло.

— Пожалуйста! Я хочу домой, – по-детски произнесла Люба и её нижняя губа затряслась.

Секретарь перестал смеяться. Он протянул руку и погладил Любу по голове. Дмитрук делал это с вожделением. Люба почувствовала запах мужчины, который возжелал её. Запах этот был ей противен. Люба интуитивно отводила голову в сторону. Тогда Дмитрук вцепился своей сухой клешнёй в волосы Пожарской.

— Противен тебе Володя, да? – процедил он сквозь зубы. – А мне не противно когда ты мною брезгуешь? Сотни девок кругом мечтают меня обласкать, а тебе противно? Раздевайся!