Книга Дело чёрного старика, страница 34 – Андрей Толоков

— Зачем нам в мужской компании эта девка? – шепнул на ухо режиссёру Седов.

— Лёша, она не девка. Она хорошая актриса.

— Я просил тебя поставить на премьеру Свету. Вот это хорошая актриса.

— Твоя Лебедева сама отказалась работать вместе с Пожарской, – Забродский взял Седова за руку и с улыбкой сказал. – Алексей, ну прошу, не сегодня. Премьера удалась. Давай просто отметим. А остальное потом. Завтра, послезавтра. Хорошо?

— Уговорил, – нехотя пробурчал под нос Седов. – Но в понедельник мы к этому вернёмся. Ты меня знаешь!

— Знаю, знаю, наливай. Сейчас Дмитрук придёт.

Открылась дверь и с широкой улыбкой, распахивая руки, вошёл второй секретарь.

— Эх какие же вы молодцы! Такую постановку надо везти в столицу. Убеждён – равных ей не будет.

— Что ж вы так нас перехваливаете, – засмущался режиссёр.

— Скромность в этом деле неуместна, – возразил Дмитрук. Затем оглядевшись, с удивлением добавил. – А где героиня? Где ваша Пожарская?

— Скоро будет, – ответил Забродский.

— Нет! Нет! Так не пойдёт. Я хочу её лицезреть, – настаивал секретарь. – Борис Константинович, не в службу, а в дружбу, веди её сюда. Без Пожарской праздновать не буду.

Забродский развёл руками и вышел из кабинета. Он не обратил внимания, с какой отвратительной физиономией слушал всё это Седов. Когда главный вышел, Алексей вполголоса сказал Дмитруку:

— Вы напрасно, Владимир Григорьевич, так восхищаетесь Пожарской. Я так вам скажу, с высоты своего театрального опыта, молодая выскочка. Забродскому захотелось свежей крови. Вот он и вытащил эту девицу не бог весть откуда. Она себя быстро исчерпает.

— Но ведь хороша девчонка! – стоял на своём Дмитрук. – Красавица.

— Ну! – Седов взял открытую бутылку коньяка и налил себе и секретарю. Поднял бокал, предлагая Дмитруку присоединиться. – Вот тут я спорить не буду. Более того, она и в постели красавица.

— Это откуда такие познания? – заинтересовался Владимир Григорьевич.

— Нет, нет, нет! Погорячился я. Никаких сплетен, – выпив залпом коньяк, Седов продолжил. – Собственно вы человек опытный. Сейчас сами увидите. Она глазки-то в пол. Сама скромность. Ручку одёрнет. Голосок как у ангела. А в глазах чертёнок. Скажу вам: первый признак горячей женщины. Владимир Григорьевич, не упустите момент. А?

Дмитрук задумался. Выпил коньяк, закусил виноградом и заходил по кабинету. Седов был доволен. Он, похоже, зацепил нужные струны секретаря. Ну а как по-другому? Мужчина Владимир видный, моложавый, обеспеченный, при должности, правда, хвост распускает как павлин, но это типичная для людей его круга самоуверенность. Похоже, он повёрнут на собственной неотразимости. Как раз это и надо Седову. Конфуз должен соответствовать самому высокому уровню. Уровню обкома.

Вместе с Забродским в кабинет вошли Пожарская и Брук. Дмитрук словно потерял голову. Он небрежно поприветствовал Зиновия Моисеевича, а всё остальное внимание обрушил на Любу. Коньяк, который постоянно подливал Седов, делал своё дело. Дмитрук постепенно сходил с рельсов, а Люба, шокированная избыточным вниманием второго секретаря, не знала куда себя деть. Она периодически вопросительно смотрела на Забродского, но тот только пожимал плечами. Брук, который вообще не употреблял крепкие спиртные напитки, смотрел на всё это брезгливо. Он давно бы покинул этот бордель, но оставить Пожарскую в непотребной компании не имел права. Зиновий незаметно для всех подал Любе знак. Девушка поняла, что Брук устроит какое-то действо и ей надо этим воспользоваться.