Книга Ключи от бездны, страница 17 – Алексей Биргер

— Увозите труп! — крикнул полковник покорно ждавшим поодаль оперативникам с носилками и пошел к своему автомобилю, слегка кивнув на прощание Высику.

Высик задумчиво почесал за ухом, окинул взглядом пруды и направился к врачу.

— Со вскрытием постарайтесь как можно быстрее, Игорь Алексеевич. Я вечерком к вам загляну, и хотелось бы иметь первые данные.

— Да, конечно. — Врач разглядывал тело с каким-то странным выражением в глазах. — Обязательно.

Высик с любопытством посмотрел на врача, но спрашивать, что такого неожиданного Игорь Алексеевич углядел в покойнике, не стал. Придет время, сам объяснит.

Не став дожидаться, когда увезут труп, Высик пошел прочь, поманив к себе одного из подчиненных.

— Да, Сергей Матвеич?..

— Ты вот что, Илья… Отдохни часок, если совсем невмоготу, а потом отправляйся по всем окрестным самогонщикам. У каждого возьмешь по бутылке его продукции. Все бутылки мне доставишь. И чем скорее это сделаешь, тем лучше.

— Вам для чего-то образцы нужны?

— Вот именно…

— Так могут и побояться мне отдавать, отнекиваться будут, что никогда не гнали…

— А ты скажи, что я просил, — хмыкнул Высик. — И еще заверни насчет того, что, мол, милиция — тоже люди. Намек пусти, что это мы вроде налога за спокойную жизнь с них требуем. При таком подходе они проявят отзывчивость. Понял?

— Все понял! — с широкой улыбкой отозвался Илья.

Вернувшись в отделение милиции, в свой кабинет, Высик устало растянулся на диванчике и закрыл глаза. Ну и сутки выдались! А впереди… Нет, лучше не думать о том, что впереди.

На какое-то время он задремал, и ему привиделось, будто он стоит над высоким берегом Волги, и откуда-то доносится странный, глухой, еле различимый гул. Под этот гул из безбрежной водной глади начинает что-то всплывать, такое же огромное, размахнувшееся, как сама река, и сперва кажется, что это земля что-то выталкивает из себя, из самой своей глубины, силится выдвинуть это нечто со дна реки на поверхность — отсюда и гул, и вибрация под ногами. А потом приходит совсем простое объяснение, что это игра огромного, в полнеба, солнца на водной ряби, затейливая игра, создающая бликами бестелесную видимость пространств и предметов… Потом и это простое объяснение отметается, и начинает казаться, будто в реке отражается нечто, летящее над головой, и сразу становятся видны бледные людские тени, впечатанные в берег, и такие же тени виднеются на большом, красивом белом теплоходе, который шел так бесшумно, что Высик его не замечал, пока он не оказался прямо перед глазами. И Высик опять чувствовал себя двенадцатилетним мальчишкой, и в этом ощущении возврата в давно пропавший и сгинувший мир была какая-то гулкая пустота… Пустота, о которой нашептывали солнце и безмолвие, будто и река, и берега, и небо, и солнце были нарисованы на прозрачном экране: пустота маскировалась, прикидывалась чем-то живым и реальным, чтобы тем вернее заманить в ловушюу…

Высик резко очнулся с дурным ощущением в голове, будто его укачало. Он поставил на керосинку чайник и заварил себе крепчайшего чаю, почти чифиря, как он любил. Потом аккуратно выцедил одну чашку, долил заварку кипятком — вторая чашка в итоге получилась послабее, но тоже ничего, черноты и терпкости в ней оставалось достаточно — и на этой второй чашке пришел в себя. Достав из сейфа документы, касающиеся банды Сеньки Кривого, какое-то время Высик изучал их, а потом встал и заходил по кабинету.