Книга Ключи от бездны, страница 36 – Алексей Биргер

— Что это? Настоящий деревенский? — спросил Платон Петрович.

— Он самый, — ухмыльнулся Высик. — Изъято без протокола для уничтожения. А уж как уничтожать — это дело милиции, так?

— Ну, у нас тоже кое-что есть, — сказал Платон Петрович.

Из дому вышел Буравников, неся на подносе две бутылки — коньяка и красного вина, стопки, тарелки и вилки. Все это он разместил на столе.

— Вот и отлично! — сказал Платон Петрович. — Можно садиться. Прошу!

Он снял с мангала три шампура с уже готовыми шашлыками, положил по шампуру на каждую тарелку, укрепил над мангалом новые шампуры и широким жестом пригласил Высика и Буравникова занимать места.

— Попробуешь? — спросил Платон Петрович у Буравникова, откупоривая самогон.

— Нет, — ответил Буравников. — Я — красное вино, как всегда.

Он взял бутылку «Грузинского вина № 5» и, открыв ее, аккуратно наполнил свою стопку на три четверти. Тем временем Платон Петрович налил первача себе и Высику.

— За что выпьем? — спросил он, поглядев на сотрапезников.

Высик пожал плечами, а Буравников сказал:

— Вам первое слово. И как старшему, и как хозяину.

— Тогда — в память всех друзей, с которыми в этой жизни мы больше не увидимся!

Иного Высик и не ждал.

Выпили, не чокнувшись, взялись за шашлык.

— Вы и правда мастер, — сказал Высик.

— Чепуха! — отмахнулся Платон Петрович. — Главное, чтобы мясо было хорошее, тогда и мастерства особого не надо. А плохое мясо никакое мастерство не спасет.

— Не скажите, — возразил Высик.

— Верно, верно. А кто это в нашей округе такой славный самогон гонит? Можно еще достать? Или вы уже прикрыли лавочку?

— Надо будет, достанем, — пообещал Высик.

— Шашлык и вправду удался, — заметил Буравников.

— Я же говорю, с таким мясом, да еще на березовых угольках… Следующий тост за тобой, учти.

Буравников слегка улыбнулся.

— За судьбу, — сказал он.

— Так не годится! — возмутился Платон Петрович. — Давай, разъясняй свою мысль! «Сделайте нам красиво»!

— За судьбу, в лермонтовском смысле, — проговорил Бурав-ников. — Как там у него? «Судьбе, как турок иль татарин, / За все я равно благодарен, / У Бога счастья не прошу / И тихо зло переношу…» Будем благодарны шашлыку и этому чудесному вечеру, и будем помнить о том, что будущее, хотя немножко и в нашей власти, но от нас не зависит.

— Совсем красиво, — сказал Платон Петрович. — Что-то декадентское, но тост хороший. Стол благодарит тебя, дорогой!

Он принес с мангала еще три шампура, поставил на мангал новые и обратился к Высику:

— Расскажите нам о ваших делах. Вам, наверное, подворачиваются интересные дела, ведь жизнь здесь… я бы сказал, своеобразная.

— Да ну, какие там дела! — отмахнулся Высик. — Так, делишки. Вшивый сельский милиционеришка, вот кто я такой.

— Это кто же вам такое сказал? — Тон Платона Петровича изменился, и, похоже, он разом посерьезнел.

— Да неважно, — ответил Высик. — Чтобы сказать, всегда кто-нибудь найдется.

— А все-таки? Угадываю начальственные раскаты. За что вам шею намылили?

— Так уж хотите знать? — спросил Высик.

— Чувствую, что должен знать.

— Это вы правильно чувствуете. За вас и намылили.

Высик посмотрел на разом притихших академиков и после паузы сообщил:

— Я взялся доказывать, что ночной гость, убитый этот, побывал именно у вас, хоть вы это и отрицаете, а мне велели не соваться не в свое дело. Мол, если это так, то вы, узнав от меня, что ваш гость погиб, сами немедленно доложите об этом кому следует. А если вы мне ничего не рассказали, то, значит, это какая-нибудь государственная тайна, о которой мне знать негоже, вроде как лезть со свиным рылом в калашный ряд… Так что если еще не успели доложить, то поспешите, чтобы не получалось так, будто я вас под монастырь подвел.