Книга 1636. Гайд по выживанию, страница 134 – Ник Савельев

Гроций стоял у окна, боком к свету. Один рукав камзола был расстегнут, рубашка выбилась. Он покусывал ноготь большого пальца, медленно, задумчиво, словно решал задачу, уже зная ответ. Иногда он бросал взгляд на сумку, потом на меня, потом смотрел в окно, где за деревьями виднелась замковая стена.

Кокк сидел за столом, подперев голову руками. Выглядел он хуже всех. Он поднял голову, когда я вошёл, посмотрел на меня тяжёлым, долгим взглядом. Кивнул один раз, коротко. И снова уставился в столешницу.

Хазебрука не было. Его место пустовало. Стул стоял отодвинутый, будто кто-то только что встал и вышел. Никто о нём не говорил, и я не спрашивал.

— Закройте дверь, — сказал ван Лоон, не оборачиваясь.

Я закрыл. Щеколда звякнула, и этот звук в тишине прозвучал как выстрел.

Ван Лоон развернулся ко мне. Он не спал всю ночь, это было видно по глазам, налитым кровью, по мешкам под ними. Но он не выглядел усталым. Он выглядел так, будто внутри у него работала машина, и он боялся её остановить.

— Садитесь, — сказал он.

Я сел на стул у двери. Он прошёлся по комнате. От стола к окну, от окна к столу.

Остановился напротив меня.

— Мне нужно отправить пакет в Амстердам, — сказал он. — Важный. Очень важный.

Он кивнул на сумку.

— Мои люди не могут. Я не могу рисковать. Возможно, их знают в лицо, и будут ждать. На всех переправах, на всех заставах. Им достаточно выехать, и через день их возьмут.

Он помолчал. Я ждал.

— Вы — другое дело. Вы не привлекали к себе внимания. Вы просто коммерсант, владелец почтовой конторы. Едете по делам в Амстердам. Никто не посмотрит в вашу сторону.

Он говорил быстро, отрывисто, но не сбивчиво. Слова падали как камни.

— В пакете документы, — продолжал он. — Не просто письма. То, что нельзя доверить мешку с овсом. В Амстердаме нужен человек, который соображает. Который не побежит назад с вопросом, а решит его на месте.

Он посмотрел на меня в упор. Взгляд у него был цепкий, как у хищника.

— Вы не дурак. Я это знаю.

Мейер за его спиной чуть заметно кивнул. Гроций отвернулся к окну, я видел только его профиль, скулы, твёрдую линию подбородка.

— Я вам доверяю, — сказал ван Лоон. — Не потому, что вы хороший человек. Я никому не доверяю. А потому, что вы в этом деле уже по уши. Если мы провалимся, вас возьмут вместе с нами. Вы не отсидитесь в конторе. Не делайте вид, что не понимаете.

Он замолчал. В комнате было слышно, как муха бьётся о стекло. Такая же, как в моей конторе.

— Есть ещё одно, — сказал он тише. — Если вы откажетесь, вы нам больше не нужны. Ни как почтмейстер, ни как человек. Игры закончились, местер де Монферра.

Он не угрожал. Он сказал это просто, как говорят «завтра будет дождь». Я посмотрел на сумку. Потом на него.

— Если меня спросят на заставе?

— Скажете — везете торговые образцы. Или книги. Или что хотите. Но никто не спросит, если вы будете ехать спокойно, не привлекая к себе внимания.

Я уже всё решил, когда переступил порог и увидел эту сумку в углу. Это был мой шанс добраться до того, о чём я говорил полковнику. Доказательства. Документы с печатями. Я не знал, что в сумке, но если ван Лоон посылает меня в Амстердам с таким секретом, значит, момент настал.

— Куда это надо доставить? — спросил я.

Ван Лоон выдохнул. Я услышал этот выдох — шумный, сквозь зубы. Похоже на вздох облегчения.