Книга Песнь Света о черничной весне, страница 150 – Кира Цитри

Адриан распахнул двери тронного зала. Взгляд серебристых глаз внимательно обвел комнату. Исчезли вазы, их заменили новые, белоснежные, с изображением солнца, символизирующие возвращение Повелителя Света. Сочные бутоны малиновых роз благоухали из каждого угла. Большие бархатные лепестки раскрылись навстречу блестящим на них каплям воды. Теплый желтый свет струился от зажженных в канделябрах свечей. Оранжевое пламя неспешно качалось из стороны в сторону, оставляя на стене причудливые тени. Ниалл полулежал на троне. Распахнутая настежь белоснежная рубашка открывала виду алебастровую гладкую грудь и рельефный живот. Маленькая аккуратная родинка над пупком придавала красивому телу изюминку. На белой рубашке виднелись безобразные розовые пятна. Рука с обилием на ней серебряных колец держала хрустальный бокал на длинной ножке. Внутри блестел рубиновый напиток, источающий сладкий вишневый аромат. Пустые лазурные глаза, напоминающие сейчас скорее лед в снежной долине, смотрели сквозь стену. Коралловые губы окрасило в вишневый и их уголки вместо привычной усмешки были опущены вниз и поджаты.

Адриан поднялся по лестнице, поставил на столик бутылку с вином и сказал:

— Вижу, ты веселишься.

Ниалл поднял взгляд, криво усмехнулся и указал рукой на обсидиановый трон. Адриан сел и внимательно посмотрел на брата, спросив:

— Как ты?

Повелитель Света хрипло рассмеялся, но не ответил. Он взял чистый бокал, плеснул в него вина и протянул брату. Тот скептически скосил взгляд на протянутую жидкость.

— Боишься отравлю? — Ниалл скривился, осушил залпом стакан, плеснул в него вина и настойчиво вложил его в пальцы брата. — Если тут отрава, то мы вместе будем кормить червей.

Адриан закатил глаза и пригубил теплый напиток. Скривившись, он коснулся пальцем поверхности вина и тот тут же покрылся тонкой коркой льда.

— Ниалл, — начал было брат.

— Я не нуждаюсь в утешении, — отрезал Ниалл. — Если ты пришел за этим, то оставь свои попытки. Пей вино и наслаждайся тишиной.

— Почему ты такой? — взвился Адриан. — Я хочу наладить отношения, хотя бы чтобы мы друг друга перестали ненавидеть! А ты пресекаешь все мои попытки. Зачем врешь, что ты в порядке? Зачем делаешь вид, будто ты весь такой холодный и безразличный, когда внутри тебя бушует целый горящий океан?

Ниалл прыснул от смеха и спросил:

— С каких пор ты стал таким лиричным?

Адриан поджал губы, поднялся, бросив:

— Ты не нуждаешься во мне. Я ухожу.

Он собирался было сделать шаг, но Ниалл схватил его за ладонь.

— Мир не вертится вокруг тебя, Адриан. С самого моего возвращения ты только и делаешь, что ноешь! Ах, Ниалл обидел меня! Ах, какой я бедный и несчастный, у меня из-под носа пропадают артефакты! Да, я совершал ошибки. Мои руки по локоть в крови, Адриан, и я за это расплачиваюсь сполна, представляешь?

Адриан залпом осушил стакан, закипая.

— Ты! — но Ниалл ничего не дал больше сказать, указал на трон.

— Я снова Повелитель Света, и ты ничего не сделаешь. Если мама хочет, чтобы мы все жили рядом, я сделаю вид, что все хорошо. И больше не лезь в мою душу, Адриан, тебе в ней места нет.

Повелитель Хаоса сел на трон, подлил себе вина и будто в пустоту сказал:

— Наверное, ты прав. Нам больше никогда не стать семьей.

Ниалл задумчиво побарабанил пальцами по губам и отвернулся, закрывая глаза. Его сердце стучало в груди, а желание обернуться и сказать всего два слова: «Прости меня» едва не разорвало его на куски, но холодный Ниалл, что никогда не отступает от своих принципов, не сделает ответный шаг. И пусть в их жизни больше нет Катрин, из-за которой началась многовековая борьба двух братьев, Ниалл не перешагнет через себя.