Книга Игра Бродяг, страница 147 – Литтмегалина

— Ты разрушишь этот город, будь он проклят, Кролик. Он просто не выстоит, если ты в нем.

Он вышел из комнаты и тщательно задвинул засовы. Когда позже он придет сюда с другими чтобы проведать удивительного пленника, вот тогда он будет потрясен его загадочным исчезновением. А на данный момент ему ничего не известно.

Небо было синее и прозрачное, как топаз. И одно маленькое пушистое облако, легкое, как крыло бабочки. Вогт зачарованно наблюдал, как ветер движет его по небу. Сегодня он проснулся с мыслью, что это будет совершенно особенный день, и с тех пор не переставал думать об этом. Его переполняли ожидание и радость…

Отголоски тех чувств Вогт мог ощущать даже сейчас, годы спустя, в окружении затхлого полумрака каморки, когда давно сгинуло не только то маленькое облако, но и люди, что были рядом с Вогтом тем утром. Вогт еще питал надежду снова встретить их в Стране Прозрачных Листьев, но может выясниться, что путь мертвым туда заказан («Мертвы», — с горечью констатировал он вслух), и тогда ему придется смириться с необратимостью потери. Монастырь осквернен и заброшен… И даже небо, пусть порой и бывает очень синим, но, кажется, никогда больше такое синее…

Тем не менее светлые воспоминания помогали Вогту отвлечься, забыть о тяжести текущей ситуации, и он не препятствовал своему отчаявшемуся разуму устремиться к ним.

Полдень того же дня, просторная монастырская комната, большие открытые окна, очередной урок… Вогт все еще фонтанировал счастьем и едва мог сосредоточиться на объяснениях Ветелия. Однако Ветелий не сердился — не в его привычках было поддаваться раздражению. Стоя возле окна, он был весь озарен солнечным светом, и волосы, просвеченные солнцем, образовали вокруг его головы сияющий ореол. Волосы Ветелия были длинными, некогда золотистыми, а теперь посеребренными сединой, волнистыми. Стоило волосам Вогта чуть отрасти, как они тоже свивались в мягкие завитки… Несмотря на отсутствие кровного родства, Вогт и Ветелий походили друг на друга как родные.

Вогтоус перевел взгляд на большой деревянный ящик на столе перед ним. Ящик был поставлен на бок и обращен донышком в сторону Вогта.

— Ты не сможешь забыть о преграде, пока видишь ее перед собой, поэтому закрой глаза, — напомнил Ветелий. Его низкий голос тек, как вода. — Прикоснись к поверхности, сосредоточься на ее текстуре. Представь себе древесные волокна, отделяющиеся друг от друга, повисающие расслабленными нитями. Представь, как они расступаются, позволяя тебе проникнуть сквозь них.

«Это невозможно, — подумал Вогт. — Я столько раз пробовал. Но это невозможно».

— Невозможно, — покачал головой Ветелий, уловив его вороватую мысль. — Невозможное — это то, что мы пока не сумели освоить. И только-то.

— А ты умеешь проходить сквозь стены, Ветелий? — спросил Вогт.

— Может быть, — слегка улыбнулся Ветелий. — А может, и нет. В любом случае это не то, что станешь делать напоказ.

— Почему?

— Просто не получится. Сосредоточья. Закрой глаза. Сегодня ты должен ответить на мой вопрос.

Вогтоус послушно зажмурился. Под веками было оранжево и щекотно. Он тихонько хихикнул, ощущая нелепость собственных действий. Ветелий не одобрял такое легкомысленное отношение. Все-таки он вкладывал в обучение Вогта изрядное количество времени и сил и требовал от него прилежания — раз уж успехи на данный момент отсутствуют. Вот уже полгода, едва ли не каждый день, Вогт видел этот ящик. Но так и не смог ответить на краткий вопрос: что внутри? Порой он едва удерживался от того, чтобы вскочить с места, обежать стол и взглянуть на ящик с противоположной стороны, наконец увидеть запрятанное в нем. Но это был бы обман. К тому же это бы совершенно ничего не добавило к его навыкам.