Книга Развод. Семейная тайна, страница 34 – Луиза Анри

— Гордей, — буркнул отец, кивком заменяя приветствие. Его взгляд скользнул наверх. — Ася? Не мешаем?

— Отдыхает, — ответил Гордей коротко, блокируя путь к лестнице инстинктивным движением корпуса. Он не хотел, чтобы они тревожили ее сейчас. Не после прошлого раза. Не после той ледяной пытки намеков. — Жара. Ей тяжело.

Инесса улыбнулась. Улыбка не добралась до глаз.

— Бедняжка, — произнесла она с мнимой теплотой, которая резала слух. — Надеюсь, она хорошо себя чувствует? Беременность в такую погоду — настоящее испытание. Адель, знаешь, так переживает за нее издалека. Все спрашивает в своих сообщениях: "Как Ася? Как малышка?" — Инесса сделала паузу, ее взгляд прилип к лицу Гордея, выискивая реакцию. — Она ведь в Париже сейчас, но уже рвется обратно. Говорит, соскучилась. По дому. По близким.

Париж. Слово должно было звучать как облегчение. Дистанция. Безопасность. Но в устах Инессы оно обретало угрозу."Рвется обратно". Гордей почувствовал, как мышцы спины и плеч сковывает стальное напряжение. Он заставил себя не отводить взгляд.

— Ася в порядке. Под наблюдением лучших врачей, — ответил он ровно, отводя разговор в практическое русло. Игнорируя упоминание Адели, ее "переживаний" и ее скорого возвращения. — Забота не требуется.

— Ну, это радует, — Инесса томно вздохнула, ее пальцы поправили идеально лежащую прядь волос. — Адель будет счастлива это услышать. Она так… привязалась к Асе за то короткое время их знакомства.

Ложь. Голая, наглая ложь. Адель ненавидела Асю с первого взгляда, видя в ней угрозу, похитительницу. Гордей сжал челюсти до хруста, ощущая прилив горечи. Эта "привязанность" была лишь ширмой в их с Инессой игре.

— Гордей, — вмешался Степан, его терпение, видимо, лопнуло. Он прошел в гостиную, не дожидаясь приглашения. — Отчет по южному терминалу. Что там с задержками поставок? Мне докладывают о срыве графика.

Бизнес. Всегда бизнес. Отец умел отвлекать, переключать фокус на то, что он считал действительно важным. Гордей последовал за ним, чувствуя спиной ледяной взгляд Инессы. Она не отставала.

— Ситуация под контролем, — начал он, опускаясь в кресло напротив отца. Голос звучал уверенно, автоматически. Он мог говорить о бизнесе во сне. — Поставщик подвел, но мы нашли альтернативу. Дороже, но надежнее. Сроки сдвинутся максимум на две недели. Убытки покроем за счет оптимизации логистики на других участках.

Он говорил цифры, факты, прогнозы. Степан слушал, прищурившись, задавая редкие, но точные вопросы, впиваясь в слабые места. Гордей парировал. Это был привычный танец, отточенный годами. Но сегодня он чувствовал себя как на минном поле. Потому что Инесса сидела рядом, молчаливая, как гриф. Ее присутствие было тяжелым, давящим. Он знал, что она не просто слушает. Она анализирует. Ищет трещины. Не в бизнес-плане, а в нем самом. В его выдержке.

— …так что в итоге квартальные показатели не пострадают, — закончил он, встречая пристальный взгляд отца.

Степан медленно кивнул. Неодобрения не было, но и одобрения тоже. Просто констатация.

— Смотри, Гордей. Репутация дороже сиюминутной выгоды. Сорвешь сроки — инвесторы занервничают. А нервы стоят дорого.

— Понимаю, — Гордей кивнул. Он чувствовал, как капли пота выступают на спине под дорогой рубашкой. Не от жары. От напряжения. От этого двойного прессинга: делового — от отца, и скрытого, ядовитого — от Инессы.