Книга Измена. Игра на выживание, страница 14 – Луиза Анри

И между ними появился он.

Ян.

Он не был гигантом, как его охранники. Он был чуть выше среднего роста, подтянутый, в безупречно сидящем темно-сером костюме, под которым угадывалась плотная, жилистая сила. Его лицо… Оливия позже вспоминала его как маску, высеченную из гранита — резкие скулы, твердый подбородок, тонкие, плотно сжатые губы. Но главное — глаза. Холодные. Серые, как промозглый ноябрьский лед. И в них бушевала ярость. Не истеричная, не кричащая. Глухая, сокрушительная, как подземный толчок перед извержением. Он держал в руке простую, но тяжелую на вид трость с темным набалдашником. Не для опоры. Для чего-то другого.

Он шагнул в квартиру. Его шаг был бесшумным, но каждый раз, когда его полированный ботинок касался паркета, казалось, пол вздрагивал. За ним вошли еще двое, заблокировав выход. Воздух мгновенно наполнился запахом дорогого парфюма, влажной шерсти (шел дождь на улице) и… угрозы. Осязаемой, как нож у горла.

— Анатолий Харитонов, — голос Яна был низким, ровным, но каждый слог падал, как молот на наковальню. Он даже не посмотрел на Оливию. Весь его фокус, вся его кипящая ярость была направлена на ее мужа. — И… Оливия Харитонова. В сборе. Удобно.

Анатолий сделал шаг назад, наткнувшись на спинку дивана. Он был похож на загнанного зверька.

— Господин Ян… я… мы можем объяснить… — залепетал он, руки тряслись.

— Молчать, — мужчина произнес это тихо, но Анатолий заткнулся мгновенно, будто ему перекрыли кислород. Авторитет в голосе был абсолютным. Теперь его ледяной взгляд скользнул по Оливии. Оценивающе. Без интереса. Как смотрят на неодушевленный предмет, мешающий проходу. — Твоя супруга, Анатолий, сегодня вечером устроила моей племяннице Алисе… неприятный сюрприз. Оскорбляла. Угрожала. Снимала на телефон. — Он произнес последнее слово с особой, леденящей гадливостью. — Мою кровь. В моем городе. Этого не прощают.

Оливия почувствовала, как по спине бегут мурашки. Не только от страха, но и от возмущения. Он говорил так, будто Алиса была невинной овечкой!

— Она сама спровоцировала! — вырвалось у Оливии, прежде чем она успела подумать. Голос дрожал, но в нем звучали нотки того самого гнева. — Она была с моим мужем в его кабинете! Вопреки всем правилам! Они…

— Я сказал — молчать, — Ян перевел на нее свой взгляд. Ледяные глаза сузились. Давление его взгляда было физическим, заставляя Оливию инстинктивно отступить на шаг. — Ты будешь говорить, когда тебя спросят. И только правду. Пока что я разговариваю с ним. — Он снова повернулся к Анатолию, который съежился еще больше. — Ты, доктор Харитонов, осмелился прикоснуться к девушке под моей защитой. Использовать свое положение. Опозорить ее. И, что еще хуже, допустить, чтобы твоя сварливая баба унизила ее и запечатлела этот позор. За это… — Ян сделал шаг вперед. Анатолий вскрикнул, спотыкаясь о диван и падая на него. — …платят очень дорого. Очень.

Он поднял трость. Не для удара. Просто показал. Темное дерево, холодный металл набалдашника.

— Господин Ян, умоляю! — Анатолий забился на диване, закрывая лицо руками. — Это ошибка! Алиса сама… она меня соблазнила! Она сказала, что ей нравится… что она хочет… А Оливия! Она психопатка! Она ворвалась и все испортила! Она виновата! Она все сняла! У нее телефон! Возьмите его! Накажите ее!