Книга Развод. Без права на любовь, страница 13 – Инга Бережная

Первый раз с нежностью на меня посмотрел Женя, без тени недовольства или негодования. С чистым обожанием, и я влюбилась в него без оглядки, в сына злейшего врага моего отца. Нам было шестнадцать и мы, как юные Ромео и Джульетта встречались украдкой, в парках, скверах, изворачивались, придумывая отговорки для родителей. Он сделал мне предложение, когда нам исполнилось восемнадцать. Я согласилась, не задумываясь и мы провели нашу первую ночь в квартире старшего брата Жени, он как раз тогда был в ЮАР, искал алмазы, а нашел чернокожую жену. Я уже тогда была обязана Саше своим счастьем, хотя еще и не знала его. Через несколько недель я поняла, что беременна. Пришлось все рассказать родителям. И его, и мои были в ярости.

До сих пор с дрожью вспоминаю встречу в загородном клубе, где родители встретились, чтобы обсудить наше будущее и судьбу нашей малышки. Нас отчитали так, что у обоих горели щеки и уши. Отцы сыпали угрозами друг другу, матери обменивались ледяными взглядами. Но нам разрешили пожениться и месяцы, которые мы провели женихом и невестой были счастливейшими в моей жизни.

Все рухнуло в один день, в один миг.

Закрыла глаза, зажмурилась, сдерживая слезы. Нет, не могу, хватит на сегодня воспоминаний. Хватит прошлого, его не вернуть. Женя и моя малышка сейчас на небесах, как и мой сынишка. Им больше не нужно сталкиваться с грязью, из которой не выбраться мне.

Встала с кровати, быстрее включила свет. Стало вдруг очень страшно одной в темноте. Бродила по огромной квартире, пока во всех комнатах не загорелись люстры и лампы. На кухне все-таки подошла к холодильнику. Надо было что-то съесть, живот начала ныть и урчать от голода. Саша не соврал, еды в шкафах и холодильнике хватило бы на целую семью, не то, что мне одной. Но я лишь налила в кружку молока, подогрела его в микроволновке. Взяла булочку с корицей и перекусила. Без аппетита и удовольствия, только чтобы удовлетворить потребность организма в еде.

Саша сказал, что завтра предстоит встреча с адвокатом Егора, хотя я не представляла зачем, если он уже оставил меня без гроша и я точно не собиралась судиться с ним из-за денег. Я хотела, чтобы он ответил за убийство нашего ребенка. Нет, чтобы они ответили за убийство моего сына. Муж, сестра, родители.

Все-таки злые слезы обожгли щеки, я ела булочку, запивала ее теплым молоком и плакала, все еще не понимая, зачем Светлана и папа с мамой пошли на такую чудовищную ложь. Зачем они так оклеветали меня и заставили Егора пойти на преступление. И почему именно сейчас, когда я ждала от него ребенка? У них было шесть лет, чтобы нас разлучить и не подвергать риску невинную жизнь.

Я должна это выяснить, должна понять, почему мои родители убили своего внука, а сестра племенника.

Поставила кружку с недопитым молоком на стол, бросила булочку и быстро вернулась в спальню, подняла с пола телефон, нашла в справочнике номер мамы и набрала.

Из динамика раздались длинные гудки. Я ждала. Циферблат на дисплее мобильного отсчитывал секунды. Десять. Пятнадцать. Двадцать. Тридцать. Мама не отвечала. Когда я решила, что и не ответит, гудки прервались и раздалось неуверенное:

— Лена?

Дыхание перехватило, горло сжал спазм, рыдания рвались из груди вместе с криком, но я сдержалась и тихо ответила: