Книга Развод. Без права на любовь, страница 10 – Инга Бережная

Саша молчал всю дорогу до элитного дома на Арбате. И у меня было время прийти в себя от встречи с прошлым. Подавить, запрятать глубоко нахлынувшие воспоминания. Я еще не до конца пережила потерю сына, чтобы снова тосковать по дочке.

Пентхаус, куда он меня привез, занимал весь последний этаж. Стильная дорогая квартира казалась абсолютно нежилой. Слишком большая, пустая и тихая.

— Располагайся, Лена, здесь есть все, что тебе понадобится. Одежда, еда, по утрам будут приходить горничная и повар, — Саша протянул мне ключи.

— Она твоя? — Спросила, не решаясь пройти дальше гостиной. Квартира напоминала дворец, такая же красивая и непригодная для жилья. Таким же мне казался дом Егора, пока я к нему не привыкла.

— Нет, твоя. Документы оформлены на тебя, — ответил Саша, — твою охрану тоже обеспечат.

— Зачем? Я никому не нужна.

Саша покачал головой:

— Твой муж не допустит развода, когда поймет, какую ценность ты представляешь.

Саша, наверное, шутит. Какую ценность я могу представлять для Егора? Он же выгнал меня из дома, убил нашего ребенка. Вот единственная ценность, которую муж сам и погубил. У меня ничего не осталось. Саша говорит, что пентхаус принадлежит мне, документы оформлены на мое имя, но это что-то невероятное. Разумеется, я его неправильно поняла. Квартира, скорее всего, снята на мое имя. Вот и все.

Но задать уточняющий вопрос я не успела. У Саши в кармане пальто зазвонил мобильный.

— Извини, надо ответить, — он быстро достал телефон и принял вызов.

Из динамика раздался визг, полный вселенской драмы, такой звонкий, что слышно было, несмотря на то, что Саша не включал громкую связь.

— Папа! Она меня обижает! Ведьма обещала выпороть меня крапивой! Крапивой! — От последнего слова веяло таким отчаянным, наигранным ужасом, что я не удержалась, улыбнулась. Впервые с той ночи в лесу.

Саша нахмурился:

— Тамара Петровна — не ведьма, а выпорю я тебя сам, если не прекратишь безобразничать, — сказал он строго, — признавайся, рисовала на стенах, снова?

В трубке повисла тишина, прошло несколько мгновений, затем виноватый голосок пролепетал:

— Я нечаянно, кисточка соскользнула, получилась клякса, и я зарисовала ее медузой.

Теперь приходилось прислушиваться к оправданиям крошки. Судя по голосу, девочка лет шесть или семь.

Улыбка сползла с моих губ, столько сейчас было бы моей доченьке. Сердце пронзила острая игла, виски заломило, но я все равно жадно ловила каждое слово, раздававшееся из динамика.

— И где этот шедевр настенного творчества? — Спросил Саша, хмурясь сильнее, но я заметила в уголках его глаз задорные лучики морщин. Суровость была напускной, наверняка дочку он и пальцем не трогает, наоборот, балует, любит…

Так, мы с Женей любили бы нашу малышку. Инстинктивно положила ладонь на живот, проверить малыша, которого там больше не было.

— В гостиной рядом с камином… — сказала девочка так тихо, что даже Саше пришлось прислушаться.

— Рита! Я тебя не крапивой, а розгами выпорю по пяткам, — Саша едва сдерживал смех.

— Не выпорешь, ты меня любишь, — раздалось из динамика.

И это действительно было так, в пронзительных зеленых Сашиных глазах сейчас теплилась такая нежность, что у меня заныло в груди. В этот момент он был так похож на брата, что я отвернулась, чтобы сдержать слезы. Не могла снова переживать старую утрату, не оправившись от недавней.