Книга Измена. Острые грани правды, страница 8 – Олеся Рудая

Вадим ищет меня, но скоро успокоится.

Я только упростила ему задачу своим уходом. В записке всё сказано. Пусть будет благодарен такому простому финалу. Скоро подам на развод. И всё.

А говорить с ним я не буду. Его имя, его голос, его образ — всё это было частью того мира, что остался за пределами белой больничной двери. Мира, который разбил меня вдребезги.

А сейчас все силы, всё моё существо было сосредоточено на одном — прислушиваться к тишине внутри себя и ждать. Ждать крошечного стука, который должен решить всё.

Чёрт возьми. Где она? Почему не берёт трубку уже полдня?

Я хотел её всё сказать сегодня, но не могу её найти. Даже домой заехал. Вся квартира просматривалась с порога. Стоило сделать шаг в прихожую, чтоб понять — дома никого. Ни Нины, ни Буси. Может она с ним гуляет и не слышит телефон?

Опять звонок без ответа. Двенадцатый за последний час. Но она всегда отвечала, или перезванивала!

Я нервно вскочил с кожаного дивана дизайн-студии, сдавливая телефон, будто он виновник этой неизвестности.

В голову лезли дурацкие мысли. Может, её сбила машина? Или кто-то напал? Но тогда бы позвонили из больницы или из полиции, я же её муж, первое контактное лицо.

А тишина — это другое. Это осознанное молчание. Будто, она просто не хочет со мной говорить.

Но почему?

Вчера вечером всё было нормально. Ну, почти нормально. Она какая-то заторможенная была, в темноте сидела. Заболел, говорит, Буся. А сама на меня смотрела так, будто я призрак.

А может, моё поведение показалось ей странным, и она заподозрила что-то?

Нет, это исключено. Я всё аккуратно обставил, придумал железное алиби.

Или может… Ну нет. Нина — не такая. Она не из тех, кто сбежит с другим.

Я посмотрел на огромные часы на стене. До встречи с дизайнером оставалось десять минут.

Дико хотелось сорваться, бросить всё и мчаться искать её.

Но куда?

К её матери? К подругам?

Но Катя и сама не знала, где Нина. И никто из наших общих знакомых не знал...

— Вадим? Готовы принять вас пораньше, буквально через минутку, — обходительный голос администратора прозвучал так безмятежно в тишине приёмной, будто нарочно пытался удержать меня, чтобы не сбежал. А у меня внутри всё рвалось на куски. В месте, куда люди приходят строить новую жизнь, я с ужасом осознавал, что моя собственная рушится.

Я снова набрал номер. На этот раз её матери. В прошлый раз она тоже не взяла трубку. Может, сейчас повезёт?

Гудки, к моему облегчению, прервал её непривычно тяжёлый, напряжённый голос.

— Здравствуй, Вадим, — она делала усилие, чтобы говорить со мной.

— Добрый день! А Нина у вас? — выпалил я сразу, без предисловий. Силы на банальную вежливости уже не оставалось.

Её мать была моей последней надеждой. Единственным человеком, к кому она ещё могла пойти.

Но, к немалому удивлению, та женщина, что всегда меня обожала, на этот раз говорила сквозь зубы, сухо и отстранённо:

— Вадим... У неё всё хорошо. Не волнуйся.

И всё.

Было очевидно, Нина рассказала всё матери и попросила ничего не говорить мне. Что за чёрт?

— Что происходит? Почему она не отвечает? — не сдавался я.

Её тяжёлый вздох в трубке.

— Вадим... Просто перестань её искать. Она просила.

Сбросила.

Пустота окутала меня с головой.

И в какой момент всё так перевернулось?