Книга Барби на полставки. Я (не) робот босс, страница 7 – Евгения Кец, Екатерина Баженова

В ответ Константин подходит к окну и распахивает шторы. Рассвет уже набирает силу. Так, получается, я всё-таки уснула? Сколько я проспала?

Всё! Мне конец, за это время Яровой мог осмотреть меня с головы до ног и даже под юбкой.

— Проверим реакцию на солнечный свет, — с довольным лицом говорит шеф и подходит к дивану.

— Но…

— Я должен знать, во что буду инвестировать, — он смотрит на меня, и в его взгляде — сталь. — Это приказ, сядь сюда, — он хлопает по краю дивана, и я повинуюсь.

Сижу, стараясь не дышать. Константин устраивается в кресле напротив и не отрывает от меня глаз:

— Знаешь, твоё лицо выглядит очень живым. А ещё ты похожа на одну мою сотрудницу.

— Интересно, — сжимаю кулаки, унимая дрожь во всём теле.

— Вчера она опоздала на совещание впервые за полгода, — как бы между прочим говорит Константин. — Ты очень на неё похожа. Особенно когда зеваешь. Она тоже зевала на совещании.

Я чуть не давлюсь слюной. Это же точно про меня! То есть Есению-сотрудницу! Он сравнивает меня со… мной же?!

— Возможно, ей снились электроовцы, — роняю я, а шеф резко поднимает взгляд.

— Что?

— Шутка. Для проверки вашего чувства юмора, — быстро нахожусь.

— Ты… удивительна, — его голос становится мягче, чем когда-либо. — Жаль, что ты просто программа.

— Да, я такая, — выдыхаю с облегчением, забыв про изменение голоса.

— Врёшь, — Яровой внезапно нависает надо мной. — Ты живая.

Сердце останавливается. Рука сама тянется к микрофону на шее — позвать на помощь. Может, сбежать, и пусть брат разгребается сам?

Замираю и даже не дышу. Наверное, вот именно в этот момент я больше всего похожа на Еву-три тысячи. Меня словно закоротило.

И только это меня и спасает, как мне кажется. Яровой присматривается и вдруг смеётся:

— Шучу. Хотя…

— Я не понимаю ваш запрос, — отвечаю, как робот из службы поддержки банка. — Уточните, что вы имеете в виду.

В глазах Константина Эдуардовича словно лампочка гаснет. Неужели он поверил, что я робот? Ну как минимум я получу отсрочку от смертной казни.

— Дорабатывать тебя ещё, конечно, — вздыхает шеф и снова садится напротив меня.

Его глаза неотрывно следят за мной, а я с невозмутимым выражением лица смотрю перед собой. Стараюсь ни о чём не думать, а главное, не пялиться на обнажённый торс Ярового и его трусы с котиками.

Как я теперь буду работать в его компании? После увиденного мне нужен психолог, хотя к чёрту психолога, мне нужна разрядка другого типа…

— Интересно, какая ты будешь после окончания работ, — Константин потирает подбородок и продолжает сверлить меня взглядом.

— Вы приняли решение? — не выдерживаю и спрашиваю я.

— Возможно, но нужны ещё тесты. Мне пора на работу, вечером продолжим.

Моё лицо сползает, я уже и не пытаюсь быть в образе. Радует, что Яровой этого не видит. Он встаёт и уходит в спальню, оставив меня с бешено колотящимся сердцем. Сижу перед окном, за которым вовсю светит мягкое утреннее солнышко, и не знаю, что мне делать.

Я труп.

Он уедет, запрёт меня у себя дома. Но как я-то, которая человек, попаду в офис?

— Сёма, — шиплю в микрофон. — Ты где?

— В машине. Слушай, это же круто! Он хочет продолжить тестирования! Значит, инвестиции почти у нас в кармане! — голос брата звучит так, будто он уже видит миллионы.