Книга Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка, страница 23 – Оксана Барских, Кира Вербицкая

Я останавливаюсь, так как не знаю, куда идти, но Матвей не томит и идет первым по лестнице вверх.

— Матвей Давидович, вы сегодня рано. Я только собиралась укладывать нашу Кариночку спать, – вдруг раздается девичий голос вперед, но из-за спины Юдина я не вижу ее.

Делаю шаг вбок, когда он останавливается около одной из дверей, и рассматриваю девушку лет двадцати пяти или тридцати, так и не разобрать сразу.

— Мы ненадолго, Елена, проведаем Карину, а потом уже уложишь ее спать, – отвечает Юдин, и няня, судя по форме, обращает, наконец, внимание на меня.

Матвей проходит вперед, здороваясь с дочкой, а вот я наблюдаю за этой Еленой и замечаю, какую гримасу она невольно состроила, увидев меня. Не нравится ей мое присутствие, но она фальшиво улыбается, так как должность обязывает, вот только взгляд ей скрыть не удается. Под маской доброго ангела скрывается змея, желающая ужалить меня на смерть. Я хмурюсь, не понимая, почему она вообще приняла меня за конкурентку, но думать об этом у меня нет ни времени, ни желания.

Я переключаюсь на детский голос, который слышу из детской, и нерешительно замираю, не зная, как пересилить себя и перешагнуть через невидимую черту.

Зажмуриваюсь на несколько секунд, выдыхаю и вхожу в комнату, практически не слыша из-за шума в ушах.

В первую очередь с удивлением замечаю, что Юдин сидит на полу среди игрушек, но большее изумление вызывает теплое выражение лица, когда он наблюдает за тем, как маленькая крошка топает к нему с протянутым зайчиком с длинными ушами.

— Па-па, на! – лопочет она уверенно и хохочет, когда он подхватывает ее на руки и несколько раз подбрасывает вверх.

Я же с замиранием сердца наблюдаю за тем, с какой любовью он возится с дочерью, и вместе с тем с тоской и болью вспоминаю, что этого всегда была лишена Диана. Ей доставалось только мое внимание, в то время как Карине только внимание отца. Две родные сестрички, обласканные лишь одним из родителей.

— Карина, – шепчу я, чувствуя, что вот-вот расплачусь, и присаживаюсь на корточки, чтобы быть с дочкой на одном уровне.

Юдин опускает ее на пол, и она заинтересованно оборачивается, услышав свое имя из моих уст. В этот момент между нами вдруг вклинивается Елена и ласково зовет Карину к себе.

— Ты уже спать хочешь, солнышко? Идем ко мне, – говорит она, раздражая меня своим присутствием еще сильнее.

Карина вдруг начинает пыхтеть, идет к ней и толкает в сторону, явно не желая ее видеть.

— Ат-ти! – кричит дочка, и судя по всему, это значит “отойди”.

Я выхожу из оцепенения, отталкивая эту Лену со своего пути. Не церемонюсь и не собираюсь, не позволю какой-то няне встать между мной и дочерью, о которой я только недавно узнала. Чьи полтора года пропустила – ее первые шаги, первые слова.

— Елена, вы можете свободны. Сделайте перерыв, мы хотим остаться наедине, – твердо говорит Юдин и кивает ей на выход.

— Но наша Карина не любит посторонних. Что если у нее случится истерика? Кто это?

Она теряется и явно позволяет себе лишнее. Нарисовала у себя в голове картину, что она незаменимая няня в жизни Карины и нацелилась на Юдина, решив, что сможет заполучить его себе. Он это понимает так же, как и я, вот только в отличие от моего недоумения он лишь вздергивает бровь, одним взглядом осаживая Елену.