Книга Рыжий демон осенних потерь, страница 77 – Евгения Райнеш

Понимала, куда Клара клонит. Да распоследний ежик бы понял.

— Ну, да – кивнула художница. – Исчезла Лиська из деревни. Сразу и не хватились, да и после не очень жалели, мне кажется. Только вскоре подонок из тех нелюдей вдруг вроде как умом тронулся. В глазах восторг неземной, без вина ходит пьяным, словно обезумел. Песни под нос мурлычит. На него коситься стали, а потом он пропал. А следом – еще один, из тех. Тут уже третий заподозрил что-то неладное, людям в ноги бухнулся, признался: «Грех совершили, за это поплатились, спасите, помогите, Лиська за мной придет, отбейте, Христом Богом прошу».

Я поморщилась: всегда одно и то же. При всей своей жутковатости история могла случиться и двести лет назад, и вчера. А результат один: как жареным запахнет, так «спасите, помогите».

— А вскоре прибегает этот третий, посреди деревни падает и орет дурной: «Лиську за околицей встретил! Молчала и смотрела на меня желтыми глазами, и не дурочка она, не умалишенная, а ладная вся, и красавица – никогда таких не видел!». А еще горланит, что она как пить дать друзей его окаянных сожрала, и через их плоть горячую, судьбу молодую и кости крепкие здоровье и красоту обрела.

— И что с ним дальше? – это был вопрос риторический, я же наверняка знала ответ. Просто сидеть молчаливой статуей среди этих шепотков ниоткуда, было, мягко сказать, неуютно.

— Легенда умалчивает, – пожала плечами Клара. – Но, думаю, то же, что и со всеми остальными. Лиська-лисица то уходит из окрестностей, несколько лет о ней ни слуху, ни духу, Омуты живут себе обычной жизнью, а потом вдруг раз – и это чувство, хвостом по ногам, и в воздухе словно переговаривается кто-то. Значит, скоро мужики начнут пропадать.

Она покачала головой:

— Нет, много она не берет, столько, очевидно, сколько для поддержания своего существования нужно. А потом то ли уходит в другие места, то ли в спячку на годы ложится.

— А ваш муж… Извините, Саня мне рассказал.

— Я не верила, смеялась, мол, все это фольклорные страшилки, легенды местные. Ну, какая деревня без старинной истории, так ведь? А муж… Да. Недавно это случилось. Но, понимаете, может, он и в самом деле влюбился, да к любовнице в город свалил? Ушел добровольно, взял только пару белья, сказал, что больше не может жить вот так…

Она горько усмехнулась:

— Обычно. Праздника захотелось. Возможно, он где-то сейчас наслаждается жизнью.

— А вы?

— А я – гордая, – ответила тихо Клара. – Да к тому же в этом году, говорят, лисица сильно лютует. Видимо что-то случилось у нее из ряда вон, раз одного мужика недостаточно. В деревне думали, Тимофеева старшего нынче свела, на нем и успокоится. Знаете, такое позорное чувство облегчения: фу, не с тобой произошло. А потом и младший ушел. Все опять выдохнули: теперь-то точно. А затем и Игорь…

— Так вы верите или нет? – не поняла я. – В лисицу-оборотня?

Клара и в самом деле странно прыгала с мысли на мысль: то муж к реальной любовнице отправился, то лисица лютует.

— Да кто его знает, – горько ответила она. – То так кажется, то по-иному. Когда с чертовщиной сталкиваешься, какая тут логика?

После разговора я вышла из дома в чувствах еще более растрепанных, чем до того, как переступила его порог. Дождь прекратился, но тучи становились плотнее и темнее: ожидалось продолжение.