Книга Зимняя пекарня «Варежка с корицей», страница 56 – Анна Кейв

Молча мотаю головой. Рядом с нами появляется Леша.

— Что там с Никой?

Я коротко пересказываю, что случилось ночью. Парни выслушивают меня и по мере рассказа хмурят брови.

— После уроков можем сходить к ней в больницу, – предлагает Свят.

— Не успеем. Приемные часы до трех, а у нас уроки.

— Можно прогулять, – пожимает плечами Леша. – А что? Тебя все равно сегодня спрашивать не будут, чего тебе просто так сидеть? Учителя поймут, если ты уйдешь пораньше.

А это мысль. И она мне нравится. Я даже робко улыбаюсь, тронутая их заботой.

— Пойду отпрошусь у Ларисы Вадимовны, – согласно киваю я.

— Тогда забросим рюкзаки домой, купим гостинцы и рванем к Нике, – решает Утенок.

Свят, замявшись, испуганно бегает глазами между мной и Лешей.

— Я пас, ребят. Варь, извини, но я не могу прогулять школу. – Он дотрагивается до моей руки и некрепко сжимает. – Пусть сестра поправляется.

Звонок разрывает наши руки. Свят, виновато улыбнувшись, спешно направляется к соседнему кабинету, оставив мой рюкзак на лавочке. Мы с Лешей остаемся одни в коридоре.

И снова рядом со мной Леша, а не Свят. Но я не могу винить его в том, что он не стал прогуливать ради меня уроки.

— Ой, а как я теперь отпрошусь? – Спохватившись, смотрю на закрытую дверь кабинета биологии. Слышно, как Лариса Вадимовна начала объяснять новую тему.

— Я могу постучать и попросить ее выйти, – предлагает Леша. – Или просто напиши ей, и все.

Выбираю второе. Если она увидит Лешу, то отправит его на урок. Это был бы неплохой способ избавиться от него, но я не хочу. Пусть поедет вместе со мной. С ним не так страшно.

Чуть больше чем через час мы добираемся до больницы. Все это время Леша не затыкался, как назойливое радио в машине, – вроде и надоело, а выключишь, сразу скучно становится.

В холле сталкиваемся с Ромой. Волосы растрепаны, вид такой, будто он не спал лет десять, а не одну ночь.

— К Нике можно? – с ходу спрашиваю его.

— Можно, я только что от нее, – кивает он, поглядывая на Лешу. Тот стоит чуть в стороне с пакетом фруктов и сладостей.

— Уже уходишь?

Он натягивает шапку.

— Пора на смену. Не хотел уходить, но Ника настояла. Сказала, что я все равно ей ничем не помогу, а она будет чувствовать себя виноватой, если я и дальше буду сидеть в холле.

Вот такая у нас Ника. Обо всех подумает, о каждом позаботится. А потом на нервной почве попадает в больницу.

Махнув друг другу, расходимся. Рома убегает в кинотеатр, а мы с Лешей поднимаемся на третий этаж. Больница огромная: из нескольких корпусов, соединенных крытыми переходами. Из-за этого мы еще двадцать минут плутаем и в каждом попавшемся отделении спрашиваем, не здесь ли лежит Вероника Салия. Только после того, как Леша спрашивает, почему Ника не взяла фамилию Ромы, я вспоминаю, что она уже полгода как Левич. Приходится возвращаться и заново всех опрашивать.

Наконец нам удается найти Нику. Правда, в палату к ней пускают только меня, как сестру. Лешу приходится оставить за дверью, чтобы он не смущал пациенток и не мешал медперсоналу.

Ника лежит в общей палате аж на восемь человек. Но в остальном здесь не так страшно, как я представляла. Свежий ремонт, чистенько, а в коридоре вкусно пахнет гречкой с гуляшом.

Сестра встречает меня в махровом халате, лежа на койке. Она уже не такая бледная, как ночью, но выглядит слабой. Осмотревшись, не нахожу ни одного стула и сажусь рядом с ней.