Книга Исмея. Все могут короли, страница 122 – Кейт Андерсенн

И не отчитывал ее. Как никто. Никогда. Уважать людей…

И дворцы не казались ей прежде мерзкими, политика — идиотизмом, а она себе — живой.

Страшно. Но… не скользкий Фальке, пусть и обвел ее вокруг пальца. Это не многоликий Аян, хотя Мир сменил больше лиц. Это не преданный Барти, хотя он… почему она в нем не сомневалась? Хотя должна?

Но это выход для них всех. Империи, Мирахана, Тополя, ее самой.

А для Мира — спасение. За спасение Мира она почему-то сейчас была готова заплатить чем угодно. Ну… почти.

Это ведь политически выгодно. Дело не в странно бьющимся пойманной птицей душе, чтоб ее…

Ис возразила — не заинтересованно, но и не безразлично:

— Думаете, он согласится?

Точно фыркнет, что он не собачонка ведь.

— Валир? О, он согласьится. Он всьегда согляшается на прьиказы своего королья.

— Валир?..

— Мой старшьий син. И насльедник прьестола. Подумайтье, Исмьея — я вьедь могу називать вас по имьени? — ми ужье почтьи семья — с моей смьертью ви перестаньете бить простьо прьинцессой Мирахана и вступьите на его прьестол. Его и всей Импьерии.

«Просто принцессой»?! Внешне она даже не шелохнулась, но внутри… Это не сватовство, не предложение, не переговоры, не ультиматум даже, это… экспансия! То есть, условием присоединения или хотя бы союза с Мираханом является трон. Отдать его тирану, а самой стать марионеткой, женой такой же послушной куклы — а не сумасбродного бунтаря — и ходить тише воды и ниже травы, как королева Тейлина, а то и того хуже.

Да никогда, даже если он схватит ее, как своего среднего сына!

Глаза ее сверкнули, но Ис сдержалась и спросила по-деловому:

— А ДО вашей смерти?

— А до моей смьерти вам придьется смьириться с ролью… третьей в корольевстве. О, простьите — импьерии. Но ви хорошьий стратег, ви вьедь поньимаете, как ето вигодно вам?

— Вам — не менее, — холодно отрезала Ис. — А то и более.

Даризан весело сощурился и протянул ладонь.

— Так как — по рукам?

В политике не бывает благородства. Но есть неписаные правила. Уважение к статусу. Смотреть на народ как на пыль — это одно. На монарха — совсем другое. Воспользоваться положением победителя — одно. Воспользоваться чужой бедой — иное.

«Ты не знаешь Даризана». Как она была глупа!

Внутри нарастала ярость.

А уверенность в том, как себя вести, испарилась.

Прежде она бы приняла его предложение. С оговорками, сносками и пояснениями, и осталась бы в выигрыше. Выдать себя замуж за кота в мешке — не самая приятная перспектива, зато — огромная возможность для роста державы. К тому же, оказавшийся в между двух огней Тополь куда удобнее прижать вместе с таким игроком, как Даризан. Они бы нашли общий язык. Возможно, и без послушного Валира. И без треклятого брака.

Просто. Как союзники. И плевать на его личные качества.

Разве прежде она с такими не сталкивалась?. Можно подумать, канцлер Альвар, посол Оак или Урсурс — лучше. Да и ее собственный отец. Прежде… она принимала это как данность. Как жизнь и реальность.

А теперь… будто что-то изменилось. Мир… будто сделал ее живой. И стала важна не только цель, но и средства.

Она просто не может на союз с таким мерзавцем.

Ис поднялась.

— Я подумаю. А что будет с Миром?

— С Миразаном? О, ето дьело не должно вас волньйовать. Ето дьело… сьемейное. Но, Исмьея. Есльи ви не согласьитесь… бойусь, ему нье на что надьеяться.