Книга Тильда. Маяк на краю света, страница 85 – Кейт Андерсенн

— Но ведь она постоянно выводит тебя из себя. Почему ты позволяешь ей? И — так было с самого начала. Почему ты позволил ей то, чего не позволял никому? Почему не возненавидел, а полюбил?

Фарр поиграл желваками.

— Я не ненавижу, — проговорил он медленно. — Хотя и не сердиться не могу.

Я сгрызла сладкие остатки и облизала пальцы один за другим. Отерла о траву.

— Она тебя чем-то покорила еще до того, как ты понял, не так ли? Вопреки всякому здравому смыслу, которого в тебе хоть отбавляй.

Вайд тихо засмеялся в темноте ночи.

— Тиль, у тебя ведь был только тот трактат о буллинге.

— Мне хватило. Видишь ли, дорогой брат… Когда кто-то случайно попал тебе в сердце, даже если ты против… Даже если ты не делал для этого ничего… Это ты называешь любовью? Допустим. Мы не имеем влияния на то, случится она с нами или нет. Мы в ней не виноваты. Но зато можем влиять на то, что с нею сделаем. Если бы Ро выступила против империи, заняла сторону Жан-Пьери, что сделал бы ты?

— Этого ведь не случилось.

— Фарр. Ответ. Выбрал бы Ро или империю?

Мы словно вернулись в нашим урокам во дворце. Он помрачнел.

— Ты сама знаешь.

— Да. Мы с тобой из того города, в котором долг важнее чувств, а потерянные шансы — дело привычное. Мы иногда даже не догадываемся, что что-то потеряли, и почти всегда уверены, что оно того стоило. Ты бы вспоминал о ней, тебе было бы больно, но… стал бы ты несчастлив навсегда?

— Меня пугают дебри твоего сознания, Тиль.

— Это незамутненный разум, а не дебри. Ты бы сам выбирал, опять же: быть счастливым или скиснуть навсегда. И — уверена — ты бы ни за что не выбрал второе. Чувства — дело преходящее, Фарр, и мы с тобой оба это знаем. Над их появлением мы не властны. Но над тем, будут они жить или нет — еще как. Их можно заставить пройти, если это необходимо. Игнорировать, как демонов. Лицезреть с земли, как созвездия Несуществующих Созданий, — я ткнула пальцем в небо. — Так что кому какая разница, люблю я или нет. Я — то, кем я сама решу быть. И явно не несчастно влюбленной.

— Ты не справишься, — вмешался бессмертный мотыль.

Я попыталась его прихлопнуть, но ожидаемо ничего не вышло.

— Ты права, Тиль. Но, знаешь… несмотря на то, как я злюсь на Аврору… гораздо чаще, чем чувствую, как люблю… Несмотря на это, именно благодаря ей я снова жив. Или жив в принципе — как никогда не был. Любовь, любовь, которую мы себе позволяем, Тиль — она делает нас живыми.

А я умру. И таков мой выбор. Будучи замужем за тем, кого полюбила. Ах, ирония судьбы.

Завтра мы потребуем свадьбы. Я отобрала у Фарра «кочергу» и ударила по веткам, чтобы искры полетели в небо тысячами.

— Видящий свидетель, Тиль, как же вы похожи с Ис.

Я мгновенно вскипела:

— Ты знаешь, что я не выношу, когда ты нас сравниваешь, Фарр.

С детства. Ис — беспринципная, избалованная, изнеженная. И — мелкая. Мы никогда рядом не стояли, хотя ей я никогда не скажу об этом. Она же младшая сестренка. Но не боле.

— Ты просто ревновала ее к брату, — напомнил один из этих насекомых размером с кулак.

— И ничего ты не решаешь сама, как видишь.

— Все решают чувства.

Я ударила ладонью по коленке.

— А вот и не все. Пошли прочь!

Фарр вздохнул.

— Эта горечь и безвыходность… Сестренки мои, почему счастье улыбаться выпало мне, а не вам? Я чувствую себя виноватым. Должно было бы случиться наоборот.