Книга Тильда. Маяк на краю света, страница 86 – Кейт Андерсенн

И неловко усмехнулся. Я скорчила рожу.

— Наслаждайся, братец. Разрешаю. Ты честно заслужил, вот правда. А я… завтра замуж выхожу, за потомка самого Видящего, на свеже нанесенном на карту острове, возле камня из звездной пыли — разве, по-твоему, я несчастлива? Доброй ночи, и не задавай мне больше глупых вопросов.

Остров Гудру, седьмое орботто.

Я проснулась от того, что кто-то совершенно беззастенчиво шарил руками по моему телу. Завела руку для пощечины или затрещины в тот самый момент, как открыла глаза. И увидела только темноту.

Мое запястье поймали в воздухе, а маску поправили, и в прорезях я увидела… ухмыляющегося в предрассветном тумане Чака Кастеллета. Он приложил палец к губам. Моим губам!

— Тихо, все еще спят. Где цитрусовое? Не могу найти.

Я дернула запястье, и, когда оно полетело куда-то вбок вместо куда следовало, совершила неприятное открытие, что конечности онемели и превратились в плети.

— И поэтому ты меня лапаешь⁈

Со злым отчаянием я пыталась растереть хотя бы руки. Дублет Фаррела валялся в траве отдельно от меня, предатель.

— Брось, Тиль, в конце концов — ты моя жена. Имею право.

Я вспыхнула.

— Ничего не имеешь! Мы еще… не поженились.

Руки не слушались. Кровообращение, кровообращение…

— Свадьба сегодня — договорились ведь. Да и фамилию ты себе заранее прикарманила. Хватит чваниться, где зелье? Скоро рассвет, пора приводить Фриду в чувство.

— Вот скажу деревьям… — пробубнила я.

Кастеллет закатил глаза, а потом обличительно ткнул в костер.

— Они тебе не помогут — вон ты их сколько умертвила.

— Так мы… для дела.

Я не была уверена, кто из нас двоих прав. Может, надо где-то вырезать узор друидов?..

— Видящий, Тиль! — Чак обхватил мое правое плечо и начал жестко растирать сверху вниз. Следом второе: кровь наконец побежала по телу. — Воспитание при дворе приносит одни пороки!

— Ты его вовсе не получил, — отбрила я, со злорадством шевеля пальцами — удачно! — Жан-Пьери отлучили от двора ой как давно.

Кастеллет уже принялся за обтянутые штанами ноги, и я не стала ему мешать. Становилось тепло, тело будто возвращалось ко мне. Я попыталась помассировать шею, и она отозвалась закаменевшим нытьем. Дублет от росы промок, увы, и теперь был бесполезен.

— Вот уж о чем я не жалею, — запыхавшийся голос Чака звенел застаревшей обидой. — Пусть горит ваш Вестланд в огне. Я туда не вернусь.

— Тебе и нельзя. Поймают и отрубят голову на площади Увядших Роз.

— И ты станешь вдовой.

Чак хлопнул меня по коленкам так хлестко, что я подскочила на месте.

— Ну? — он встал и протянул руку в требовательном жесте.

Я полезла рукой в корсет под рубахой. Повезло, что он туда не добрался… И снова покраснела. А если однажды захочет?..

Кастеллет отобрал склянку и поспешил к Фриде. О, только теперь я уяснила, что он, как и Фарр, остался в одной рубахе, а своим красным сюртуком укрыл девочку. Усмирив возмущение собственным женихом и страх перед совместным будущим, я подобралась поближе и заглянула через его плечо, вытягивая шею.

Чак осторожно приподнял голову спящей Фриды, приоткрыл ей губы, влил несколько капель. У меня вырвалось:

— Когда-то я тебе нравилась.

— Нравилась⁈.

Кажется, это утверждение Чака удивило и позабавило. Один из моих мотыльков подлетел к нему и шикнул: