Книга Ведьмина роща, страница 45 – Елена Абрамкина

Когда Глаша вернулась от Анисьи, Глеб ждал ее на крыльце. Он собирался в город за реанимацией и звал Глашу с собой или хотя бы в колхоз. Тогда-то и хватилась она Аксютки: не дождалась та сестру, не вытерпела, унеслась с ребятами на улицу. Хотела Глаша бежать искать, да тетка Варвара не пустила, сама отправилась. Глеб ее и без сестры увезти рад был, да не едет Глаша, и он настаивать не посмел. Полчаса прождали у ворот, но ни тетки Варвары, ни Аксюты так и не показалось, и Глаша уговорила Глеба ехать одному. Не хотел он оставлять милую, но пришлось. А Аксюта еще только через полчаса отыскалась.

Положила Глаша венок в воду под крылечко, вздохнула да пошла к дому. А там тетка Варвара с Аксютой препираются.

— Еще раз со двора без спросу уйдешь, сама розгой-то пройдусь, и Трофима ждать не стану! – гремя посудой, ругалась Варвара Дмитриевна.

— Да почто мне дома-то сидеть?! – обижалась Аксюта. – Я не для того сюда приехала. Вон Глаша пусть и сидит, раз ей гулять неохота.

— Глеб приезжал, в город вас хотел увезти, – ставя на стол миску картошки, проворчала Варвара.

— Вот пусть Глаша и едет, раз ей хочется, а мне и здесь хорошо! – отозвалась Аксюта.

— А кто ей днем сопли по рукавам размазывал да в колхоз к бабке просился?! – рассердилась Варвара.

— Она плакала, и я вместе. – Аксюта схватила нож и принялась сердито чистить картошку. – А так ребята говорят, что я на сестру не похожа. Это она ведьма, а я нет.

— Ну так чего тогда Сашку не уговорила домой идти? – вздохнула тетка Варвара. – Как сирота ночует у Жоровых.

— Да дурак он потому что! – Аксюта кинула картошку в миску с водой и схватила другую. – Глаша ему спину вылечила, вон только шрамики остались, а он заладил свое «не буду в одном доме с ведьмой ночевать».

Глаша стояла на крыльце и слезы глотала, а в дом зайти не могла себя заставить. Горько и больно было на сердце, пожалела уже, что и вправду с Глебом не уехала, за сестру боялась. А Глеб – он прав был, Аксюта здесь точно рыбка в воде плещется и забот не знает. Еще Сашка… Из-за глупой сказки дома ночевать отказывается! И зачем она вообще из рощи в деревню воротилась? Шла бы в колхоз к бабке, и не было бы проблем. Так нет, за сестру переживала!

Глаша вытерла слезы, тихо спустилась с крыльца и, пригнувшись под окнами, заспешила к калитке. Уйти в колхоз, пока не стемнело. Только к Жоровым завернуть да Сашке сказать, чтобы домой возвращался.

— Ты даже не думай, Глафира. – В калитке вырос дядька Трофим. – Глеб уехал, а одной тебе никуда ходить не велено.

Глаша вздрогнула и отпрянула от дядьки:

— Да я до колхоза, светло еще.

Дядька Трофим зашел и запер калитку на замок.

— Иди в дом, Глафира. А Сашке коли есть охота дурить, так то не твоя забота. Он парень большой, остынет, одумается да вернется.

Под строгим взглядом дядьки Трофима Глаша вошла в дом. Тетка Варвара недовольно посмотрела на нее:

— Подслушивала стояла?

— А вас и подслушивать не надо, орете так, что на улице слышно, – буркнул дядька, заходя следом и запирая дверь.

Варвара с надеждой посмотрела на него, но тот только отмахнулся и ушел в дом.

Вечер прошел в напряженном молчании. Глашу никто ни в чем не винил, но и по взглядам тетки Варвары, и по количеству самогона, которое выпил дядька Трофим, было видно: они жалеют, что она в самом деле не ушла вчера в колхоз. А может, и о том, что вообще сюда приехала. Доить корову ее не пустили – то ли боялись, что уйдет, то ли остерегались, что от Зорьки заразу притащила. Поэтому после бани Глаша без ужина закрылась в выделенной ей комнате и уткнулась в книгу.