Книга Котенок, страница 45 – Владарг Дельсат

За объятиями я не сразу замечаю, что передо мной уже миска с чем-то жидким стоит, а чуть поодаль и хлеб обнаруживается. С трудом сдерживаюсь, чтобы не спрятать хлеб в карман, хоть мне это и трудно, потому что я уже привыкла — Машу же нужно будет потом подкормить. Мама видит мою дёрнувшуюся руку, берёт отложенный в сторону довольно большой ломоть и подаёт его мне.

— Бери, доченька, — вздыхает она. — Положи в кармашек, я же вижу, тебе трудно.

— Мама, а почему? — удивляется Таисия, пока я пытаюсь прийти в себя. Такой заботы я точно не ожидала.

— Младшие наши голодали, — объясняет ей мама. Она точно мама, после хлеба я в этом уже уверена, потому что только настоящая мама способна это понять. — Голодом морили их злые люди. Вот Катенька и привыкла прятать хлеб, чтобы сестрёнку свою подкормить…

Маша всхлипывает, снова обнимая меня, а Таисия смотрит… Она так смотрит, как на святую, наверное, отчего я сильно смущаюсь, опуская голову.

— Ну это же нормально… — тихо говорю я. — Маше было плохо, а ей надо было, чтобы прожить ещё…

— Вот такие у тебя сёстры, доченька, — грустно улыбается наша мама. — Берите хлебушек, кушайте, дети, кушайте…

Я беру ложку с опаской, потому что ещё боюсь боли, но рука не отзывается острой пронизывающей болью, оттого я начинаю улыбаться. Ноги свои я то чувствую, а то нет, но мне это неважно, потому что у меня теперь, оказывается, мама есть. И сестра старшая тоже. А ещё нас, кажется, не предадут. В это верится с трудом, потому что взрослые же, но я уже готова верить. Устала я не верить и всего бояться, вот и готова поверить в последний раз. В самый-самый последний, и если… То тогда пусть лучше меня не будет. Потому что жить в таком мире, уже улыбнувшемся мне сказкой, после такого предательства я просто не смогу. Поэтому пусть в последний раз у них всех будет шанс. И у меня тоже… Неужели я не заслужила хоть капельку счастья?

— Мир наш зовётся Русью, — начинает мама свою речь, стоит мне только с трудом доесть свою порцию и откинуться на спинку стула. — Правит у нас царь-батюшка да царица. Ещё царевны есть… И царевичи тоже, но они не чинятся, хоть и много их. Царство, значит, у нас тут. Тридевятым оно зовётся, и всякому люду место в нём найдётся.

— А папа кем работает? — спрашиваю я, потому что рассказанное почти полностью соответствует тому, что я знаю.

— Папа у нас начальник стражи, — с гордостью отвечает мне Таисия.

Я задумываюсь. Стража — это или полиция, или охрана царская, то есть по-любому получается, что положение семьи достаточно высокое и можно всяких недоброжелателей не бояться, потому что шпана два раза подумает, прежде чем лезть ко мне. Это хорошая новость, ну а если царевичи всякие посмеяться захотят, то пусть их. Ничего хорошего я всё равно особо не ожидаю, так что пусть.

— Поэтому мы живем подле дворца, — продолжает старшая моя сестрёнка. — Так царевич Сергей сказал, потому что дураков много.

— Хи-хикс, — реагирует Машка, а для меня это интересная информация, означающая, что мы здесь в безопасности.

— Как немного в себя придёте, в школу пойдёте, — продолжает мама. — Школа Ведовства, значит, будет вас ждать. Научитесь своим даром владеть, ну а потом посмотрим. А сейчас Таисия поможет своим младшим дойти до кровати и отдохнуть немного, а там мы на рынок двинемся, если у детей сил достанет.