Книга Увидимся в другой жизни, страница 37 – Катриона Силви

Тора с виду спокойна. Но он хорошо ее знает и понимает, что внутри бурлят эмоции, о которых, ему кажется, она и сама не подозревает.

Санти сходит со знакомой дорожки и решает отдаться инстинкту исследователя, который твердит, что в дикой природе есть нечто, заслуживающее внимания.

— Тора, это не я тебя оставил.

Она смотрит на него как-то странно.

— Но ты это сделаешь.

Он садится перед ней на корточки и берет за руку:

— Я никогда тебя не оставлю.

Ему не следует ей лгать. Он должен быть надежным, предсказуемым и не давать невыполнимых обещаний. Но как только Санти произносит эти слова, он начинает верить в сказанное. Он смотрит на Тору и видит, что она тоже верит.

— Обманщик, – фыркает она.

Она отбрасывает его руку и бежит в дом, хлопая за собой дверью.

Санти потирает уставшие глаза. Он смотрит наверх, где звезды застланы облаками. На него накатывает старое желание: оказаться на небе и видеть все с того ракурса, где все обретает смысл.

Но уже слишком поздно – эта дорожка теперь закрыта для него навсегда. Ему придется довольствоваться ограниченным, неловким ракурсом: надеждой, что кто-то, кто видит дальше его самого, будет его направлять. Санти распрямляет плечи и идет в дом следом за дочерью.

Тора невесома.

Она дрейфует под водой, в ушах гул, кончики волос цвета морской волны лезут в глаза. Перед ней растянулся подернутый дымкой, серо-голубой массив озера – бесконечный мир, который она может исследовать. Разные звуки пробиваются сквозь воду – ритмы моторной лодки, крики детей, играющих у берега. Тора может надолго задерживать дыхание. Она гребет руками, затем ныряет, хочет добраться до буйков на краю зоны для плавания. Еще несколько секунд, и она будет на воле, в открытой воде.

Но тут кто-то хватает ее за пятку. Тора отбивается, дергается, чтобы освободиться, но хватка крепка. После упорной борьбы она терпит поражение. Ее тащат к поверхности. Вода попадает в нос, и Тора захлебывается.

Она выныривает.

— Ты такой гад, – говорит она, задыхаясь, смеющемуся брату рядом.

Санти ухмыляется, щурится от солнца.

— Ты хотела заплыть за ограждение, – откликается он, брызгая в нее водой. – Думаешь, я не видел?

Тора брызгает в ответ.

— И что?

— Что не так с водой по эту сторону?

— Не считая, что тысячи людей в нее нассали? – морщится она.

Санти наклоняет голову, изображая облегчение.

— Плюс один.

— Фу! Ты мерзкий!

Тора быстро уплывает изо всех сил. Когда он пускается за ней вдогонку, она переходит на кроль и легко добирается до песчаного берега первой. В этот летний день на озере Фюлингер-Зее толпы семей, сбежавших от городской жары. Тора идет по берегу в ту сторону, где сквозь деревья пробиваются очертания Кёльна. Она находит их с Санти полотенца, ее раскрытая книга «Автостопом по галактике» лежит обложкой вверх. Она берет книгу, а Санти плюхается на полотенце рядом, закрывает глаза. Тора пытается читать, но берег – полная противоположность подводному миру, здесь громко, безопасно и много людского шума. Она смотрит поверх книги на брата, который лежит неподвижный, как труп, и весело ему тоже как покойнику.

— Хочу набить себе тату, – говорит она.

— Ммм… – бурчит он в ответ.

Тора вздыхает. В половине случаев она хочет зашвырнуть брата в космос. В оставшейся половине ей хочется, чтобы он не вел себя так отрешенно. Странно, если бы не чистейшая случайность, его бы сейчас здесь и не было: какие-то две секунды на мокрой дороге восемь лет назад поменяли все. Не случись той аварии, родная семья Санти осталась бы в живых и Тора сейчас была бы единственным ребенком, как прежде. Она помнит себя – одинокая, да, но самодостаточная, ей хватало себя. А сейчас ее развлечения зависят от этого необщительного дурачка.