Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 20 – Татьяна Кравченко

Ливия спустилась вниз по лестнице, её шаги отдавались глухо, будто звучали в пустоте. Она пришла узнать результаты остальных вскрытий. Морг был почти всегда тихим, но теперь — слишком. Неестественно.

Она прошла мимо столов с пустыми носилками и заглянула в смотровую. Там за прозрачной перегородкой стояла доктор Марен. Глаза усталые, руки в перчатках, лицо — как маска.

Марен, заметив Ливию, тут же жестом подозвала её.

— Ливия. Хорошо, что пришла. Я… ждала тебя. У меня новости.

— Я пришла узнать про вскрытия. Есть что-то необычное?

Марен кивнула.

— И более чем.

Она повернулась к столу. На нём лежал труп — один из тех, кого привезли сегодня ночью. На лбу — шов, аккуратный разрез от вскрытия.

— Я закончила все пять вскрытий. У всех — однотипные признаки: нейронная дегенерация, перегрев тканей, разрушение гипоталамуса. Но… — она замолчала на секунду, как будто решая, говорить ли дальше.

— Но? — Ливия нахмурилась.

— Когда я закончила вскрытия и начала готовиться убирать тела в холодильник… одно из них, — она показала на труп, — выдало незначительный электрический импульс в мозге. Я подумала, что это сбой прибора.

— Но это не был сбой? — Ливия сглотнула.

Марен отрицательно покачала головой.

— Я проверила другим сканером. Тот показал замедленные, но устойчивые сигналы. Они исходили из… ствола мозга. Как будто… как будто он перезапускался.

Ливия не верила своим ушам.

— Ты хочешь сказать… он оживает?

— Нет. Не в привычном понимании. Сердце мертво, органы мертвы. Но мозг… запускает какие-то процессы, как будто пытается включить тело заново.

— Это… это невозможно…

— Я тоже так думала. Пока не проверила второго. Потом третьего. У троих из пяти — те же паттерны. Мелкие всплески активности. Не синхронные. Бессвязные. Но… растущие.

Ливия отступила на шаг.

— Они мертвы. Мы же уверены?

Марен кивнула.

— Мертвы, да. Но их мозг — не сдался. И это значит одно: Вирус продолжает действовать даже после смерти.

Ливия почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Это не просто вирус… это что-то иное.

Марен прошептала:

— Я боюсь, Ливия. Что если мы ошиблись… если думаем, что они просто умерли…

06:59.

Ливия стояла в полумраке, напротив стола с телом. Доктор Марен напряжённо вглядывалась в монитор, где бегали медленные импульсы — как будто кто-то стучал изнутри гроба.

Вдруг — резкое подёргивание мизинца на левой руке трупа.

Ливия вздрогнула.

— Ты видела?

Марен кивнула.

— Это началось около получаса назад. Сначала — судороги лицевых мышц. Потом — спазм руки. У второго тела было лёгкое подёргивание ноги.

Они обе подошли ближе. Ливия смотрела на тело с отвращением, вперемешку с завораживающим ужасом. И снова — дёрнулся палец. Совсем немного. Потом — веко едва заметно вздрогнуло. Как будто мертвец вот-вот откроет глаза.

— Это рефлексы? Остаточная активность?

— Возможно. Но она усиливается. С каждой минутой. И это не похоже на посмертные спазмы. Это системное. Координированное. Пусть и медленно, но оно движется по нейронной цепи.

— Марен, ты уверена, что они мертвы?

Та молча подошла к другому столу. Сняла простыню.

— Посмотри сама.

Тело было полностью безжизненным. Пальцы уже начали темнеть, кожа стекленела. Но тут — лёгкий рывок плеча. Едва заметный, но… живой. Ливия почувствовала, как по её телу пробежали мурашки.