Книга Вниз головой, страница 34 – Клэр Кершоу

Осталось восемь погружений

Мы выныриваем на поверхность с улыбками до ушей, обмениваемся впечатлениями: «Класс, просто невероятно!»

Мы надуваем компенсаторы и покачиваемся на волнах. Я облизываю соленые губы. Приятно дышать свежим морским воздухом после чистого кислорода из баллона. Все охвачены общим чувством изумления и радости, как на концерте, когда весь зал начинает петь. Как здорово, что незнакомые люди тронуты увиденным не меньше моего.

Мигель и Ванесса первыми взбираются на борт и опускают емкость для ласт. Все снимают ласты, бросают в подвешенное ведро и с усилием поднимаются по лесенке. Мы с Хью – последние.

— Иди ты, – я указываю на металлические перекладины, прыгающие на волнах.

— Только после вас, – с вежливой ехидцей отвечает Хью.

Я бросаю на него сердитый взгляд, но он не двигается, глазищи сияют, с ресниц капает вода. Устав ждать и умирая от жажды, я, обремененная громоздким снаряжением, поднимаюсь на лодку. Мы вытираемся полотенцами и садимся вокруг капитанского кресла, положив на колени ланч. Вновь сидим на потертой виниловой скамье, на привычных местах: мы с Хью как можно дальше друг от друга, хоть и с одной стороны. Ванесса устроилась рядом с Эндрю. Мигель и Аарон чем-то заняты.

Начав есть, все замолкают. Сегодня нам приготовили несколько салатов с крупами – впечатляющее достижение, учитывая размеры кухни. Куда лучше, чем бутерброды с арахисовым маслом и джемом, которых я ожидала. На сиденье Аарона стоит миска со свежим ананасом.

— Невероятное погружение, – делится впечатлениями Эндрю, энергично жуя.

— Этот год – лучший за долгое время, – отвечает Ванесса. – Риф начал восстанавливаться после сильного обесцвечивания несколько лет назад, коралловый покров возвращается.

— Круто, – радуется Эндрю. – Значит, худшее позади?

— Не совсем, – вздыхает Ванесса. – Глобальное потепление никто не отменял. И загрязнение – до сих пор огромная проблема. Рифу сильно вредят стоки удобрений с банановых ферм поблизости.

Я оживленно киваю. Ванесса говорит то же, что и Милли! Я бросаю взгляд на Хью. Он внимательно смотрит на Ванессу. Не улыбается.

Эндрю серьезнеет.

— Еще одна беда – мусор, – продолжает Ванесса, кивая в сторону океана. – Почти в каждое погружение я нахожу пластик.

— Значит, коралловое обесцвечивание может вернуться? – неожиданно встревает Натали, удивляя меня – и, судя по выражению лица, Хью – своим интересом к теме.

— Мы каждый год опасаемся, что станет хуже, – вздыхает Ванесса.

Натали с непроницаемым видом откидывается на спинку сиденья, затем шепчет что-то Дереку, тот кивает. Интересно, о чем она думает. Я смотрю на Хью, он ловит мой взгляд, торжествующе приподнимает брови и тоже откидывается на спинку.

Мои надежды спокойно искать губана-бабочку испаряются. Хью знает: я ищу этот вид, чтобы перенаправить часть сборов на борьбу с загрязнением, и уверен, что я ничего не найду.

Я хочу предложить Хью компромисс: каждый может остаться при своем мнении и закрыть вопрос, и направляюсь на бак, надеясь, что он последует за мной. На корпусе яхты, над внутренними помещениями, есть небольшая платформа, достаточно широкая для двоих или троих человек. Я забираюсь туда и сажусь, прислонившись к иллюминатору кубрика и вытянув ноги. Солнце палит, хорошо, что перед обедом я надела просторную футболку. Наверняка обгорю здесь за эти несколько дней.