Книга Тайны Нового Орлеана, страница 81 – Хелен Берд

Ведь Бен был готов на все ради своей жены. Даже отказаться от силы, отказаться от семьи, раз уж они не принимали его выбор, и раз уж Верховный не захотел помогать ему.

Об этом Келли узнала от Эрика, а он – от своей младшей сестры Агаты. Малявка в свои тринадцать пока не научилась держать язык за зубами и «по большому секрету» рассказала брату, что Бен явился к папе, дико поскандалил, а потом ушел, шмякнув дверью так, что в их особняке с потолка едва не посыпалась штукатурка. Все бы ничего, парень всегда был таким вспыльчивым, но Агата рассказала брату по такому же «большому секрету», что разговор их был крепко связан с женой Бена и с какой-то «фигней, которую она натворила, отправившись к вудуистам».

А Эрик уже донес это до Келли. Пусть он и не знал, что Бен – ее истинный, друг посчитал, что знать о какой-то нездоровой херне, происходящей с ее пусть и не родным, но все же дядей, она должна.

— Будь осторожна, – предупредил он. – Хрень какая-то происходит, а па не хочет ничего с этим делать пока что. Наблюдает просто. Ну, как всегда. И ты тоже не лезь.

Келли очень хотела сказать ему, чтобы сам не лез, но Эрик не был виноват, что у нее в жизни все плохо. И у Бена – тоже.

Среди клана тайны долго не хранились, а, значит, было всего-то делом времени, когда его проблемы дойдут до ушей остальных. Если его жена связалась с вудуистами, семья не одобрит. Если Бен, пытаясь помочь ей, тоже связался с ними, Верховный будет страшно злиться.

Быть может, захочет провести ритуал и отнять у Бена последнюю его магию. Вытянуть, как вытягивают гной из раны, только если очистка нарыва человеку жизнь спасает, то Бена этот ритуал обречет на медленную смерть. Впрочем, отказываясь от нее, Келли, он сам себя на эту смерть обрекает.

Ее истинный своими руками загоняет себя в ловушку и знает об этом, а она ничем помочь ему не может. Потому что нельзя помочь тому, кто помощи не просит.

И нельзя помочь тому, кто тебя отталкивает.

— А что врачи сказали? – Мама вырвала Келли из ее болезненных мыслей.

— Что у Стеллы был нервный срыв, – пожав плечами, ответил папа. – Бен тоже так думает.

«Ничего он так не думает!» – хотелось крикнуть Келли, но она сжала в руке черенок вилки, чтобы ничего не ляпнуть.

Эмили толкнула ее ногой под столом.

— Что с тобой? – шепнула на ухо, разом забыв про свою обиду. – У тебя лицо убитое.

Келли мотнула головой:

— Все в порядке, просто голова раскалывается.

Услышавшая ее ответ мама всполошилась:

— Как-то часто у тебя начала голова болеть, может, отвар сварить? – потянувшись, она осторожно положила прохладную руку на лоб Келли. – Температуры, кажется, нет…

— Мам, просто устала, – отмахнулась та. – Я же не только раскладывала Таро, но и вам помогала с товарами.

Врать родителям становилось едва ли не каждодневной рутиной. Келли жгло щеки от стыда, когда она выскользнула из-за стола и почти бегом бросилась к себе в спальню. Ей хотелось бы рассказать все матери, выслушать какой-нибудь совет, но девушка понимала, что не может поделиться своей бедой. Не сейчас.

Свечи потрескивали; воск нет-нет и капал на пол. Хорошо, хотя бы не на линию мелового круга; ее стирать раньше времени было нельзя ни в коем случае. Келли ненавидела ритуалы, связанные с предвидением будущего – Таро всегда были проще и безопаснее, а видения забирали много сил, – но порой без них было не обойтись. Вот как теперь.