Книга Елена Глинская. Власть и любовь. Книга 1, страница 79 – Александр Козлов

Семен Бельский время от времени поглядывал на сложенные у стены дорожные сундуки. Завтра ему предстояло отправиться в Серпухов — великая княгиня распорядилась готовить войска на случай войны с Литвой. Его брат Дмитрий уже выехал в Коломну, и оба князя не сомневались, что это не простое совпадение: их намеренно удаляют от двора, лишая возможности влиять на происходящее в столице.

Василий Шуйский неспешно потягивал медовое вино из резного кубка, не отрывая проницательного взгляда от своего собеседника; его пальцы нервно барабанили по деревянному подлокотнику кресла, выдавая внутреннее напряжение.

— Сдается мне, Семен Федорович, что литовка не просто так тебя с братом от двора отживает, — сказал он наконец то, что давно вертелось у него на языке.

— Верно мыслишь, Василий Васильевич. Не может быть случайностью то, что нас разом отсылают. Боится нас, значит, Елена Васильевна. Скоро и до тебя доберется.

— Даже не сомневаюсь в сем: сначала вас подальше отошлет, а потом и для меня пристанище отыщет. Пора нам княгиню Сабурову выуживать из монастырской неги — уж засиделась, что, гляди, заплесневела.

— Опасно, князь, Соломонию Юрьевну вмешивать.

— Да неужто мы сами руки марать будем? Помилуйте, Семен Федорович, бога ради! Гонцов верных исподволь снарядим в Новгород да Псков, укажем там людей надежных. Пускай оттуда и шепчут монахине Софии, что да как делать требуется. А коли баба не глупа, то сумеет выгоду из оного дела выудить.

Оба князя призадумались.

После громкого развода с великим князем Василием III Соломония Юрьевна, некогда блиставшая в златоверхом Кремле, приняла монашеский постриг под именем Софии. Удалившись в Покровский монастырь, она с энтузиазмом принялась за новое дело — создание прославленной школы церковного шитья. Здесь искусные мастерицы творили настоящие произведения искусства, украшая храмы великолепными облачениями и покровами.

В стенах обители София обрела новый смысл жизни, посвятив себя служению Богу и людям. Ее благочестивая душа не могла оставаться равнодушной к чужим страданиям, и вскоре монастырь стал известен искусным шитьем и щедрым гостеприимством не только в Суздале, но и далеко за его пределами. Каждый день княгиня-монахиня устраивала обильные трапезы для нищих, собирая за длинным столом всех голодных и обездоленных, кто искал убежища у монастырских ворот.

Благотворительность Софии не знала границ: она раздавала милостыню странникам, помогала больным и заботилась о сиротах. В народе говорили, что нет такого дела милосердия, которое осталось бы незамеченным этой удивительной женщиной. Бывшая великая княгиня Соломония Сабурова, а ныне смиренная монахиня София, превратила Покровский монастырь в островок милосердия и заботы, где каждый нуждающийся мог найти утешение и поддержку.

Первым нарушил молчание Семен Бельский.

— Надобно покамест присмотреться, что далее будет, — урезонил он. — Телепнев-Оболенский, как поглядеть, тоже не промах: тщится стать главным советником при малом государе. Вот и задумал, как избавиться от своего родственничка — Михаила Львовича.

— Э-э, Глинский, поди, тоже не дремлет, ворон не считает, — нахмурился Семен Бельский. — Эти двое как две гончие за кость дерутся — кому первому из них дозволено будет шептать на ушко Иоанну Васильевичу.