Книга Страсть в ее крови, страница 70 – Патриция Мэтьюз

— А кто такая куртизанка? – с любопытством спросила Ханна.

— Ну, шлюха, сударыня моя. О… – Он воздел руки к небу. – Разумеется, высшего разряда. Избалованная, изнеженная и хорошо обеспеченная.

— Что вы такое говорите! – ахнула Ханна.

— Что, собственно, такого, сударыня моя? У меня в стране любая дама сочла бы это комплиментом. Но неважно. – Андре небрежно пожал плечами. – Мы ведь тут не для этого, верно?

Он снова обошел вокруг нее.

— Сначала, разумеется, основа основ… Начнем с корсета и обручей…

— Нет! – притопнула босой ногой Ханна. – Никогда не надену этих пыточных рубашек!

— Что такое? – ошарашенно посмотрел на нее Андре. – Вы отказываетесь носить то, что любая женщина в Вирджинии сочтет обязательным, основу, лежащую в облике благородной дамы?

— Отказываюсь. Все сдавливает ребра так, что не можешь дышать, а потом потеешь, как лошадь. Никогда такого не надену!

Андре удивленно приподнял брови.

— Бог мой! Женщина с характером и независимым мышлением. – Он хлопнул в ладоши. – Аплодирую вам. Найти в этой полудикой стране женщину с достаточным присутствием духа, чтобы отрицать общепринятые нормы! Значит… – Андре снова пожал плечами. – Забудем портновские основы и станем исходить из того, чем вас наградила природа, сударыня моя.

Он начал снимать мерки, тут и там касаясь ее обнаженного тела. Ханна не испытывала никакого смущения, что он видит ее голой и даже ее касается. Он проделывал все так безлико, будто бы перед ним была не женщина из плоти и крови, а бездушный манекен.

В какой-то момент Андре начал драпировать ее в старую ткань, которую нашли в сундуке миссис Вернер.

— Сами понимаете, чтобы сделать выкройку. Мы купим новый материал и сошьем из него по выкройке платье.

Андре стал тут и там подкалывать ткань булавками. Вдруг он вскричал:

— Merde!

Затем резко отступил назад и, нахмурившись, поглядел на палец там, где появилась капелька крови.

— Merde? А что это значит? – спросила Ханна.

Не поднимая глаз, Андре ответил:

— На вашем языке это означает «дерьмо».

На мгновение Ханна была шокирована. Затем она откинула голову назад и раскатисто расхохоталась.

Андре вынул из кармана носовой платок и вытер кровь. Потом с улыбкой посмотрел на Ханну.

— Я вас шокировал? Приношу свои извинения, сударыня. Иногда я говорю не подумав.

— Я не шокирована, – ответила Ханна, все еще смеясь. – Я и раньше слышала это слово. Я ведь выросла на ферме.

Андре продолжил закалывать булавками ткань и снимать мерки.

— Андре… А вы не могли бы скроить для меня штаны для верховой езды?

— Штаны для верховой езды? – Теперь настала его очередь быть шокированным. – Даже у меня на родине дамы не ездят верхом в мужских штанах.

— А мне все равно! – тряхнула головой Ханна. – Я люблю ездить верхом, а в платье это неудобно.

— Есть же дамские седла.

— Они не для меня. С ними теряется все удовольствие.

Андре покачал головой и снова прищелкнул языком.

— Вы продолжаете поражать меня. Полагаю, мне станет нравиться…

Раздался стук в дверь.

— Кто там? – спросила Ханна.

— Дики, миледи.

— Минутку. – Ханна убедилась, что надежно задрапирована в ткань и сказала: – Заходи, Дики.

Открылась дверь, вошел Дики и произнес, приблизившись:

— Мисс Ханна, Бесс говорит, что пора начинать готовить ужин и хочет с вами поговорить, что подавать к столу.