Книга Страсть в ее крови, страница 74 – Патриция Мэтьюз

Ханна, все еще охваченная страстью, несколько мгновений смотрела ему вслед. Затем развернулась к кровати, где стояла шкатулка. С детским восторгом она запустила пальцы в горку сверкающих камней и пропустила их между пальцев, словно сияющие водяные капли.

О, как же сильно все переменилось в ее жизни за несколько недель! Это превзошло все ее самые потаенные мечты.

Ханна оделась и спустилась вниз. По дому уже разгуливали гости. Мужчины сидели в бальном зале за картами, а дамы разбились на небольшие группки и весело болтали, и веера ярких расцветок качались в такт движениям их губ. На всех были корсеты со шнуровками и затейливые парики. Ханна в который раз пошла против Андре – она отказалась надевать парик.

— Черт подери, Андре! С этим сооружением на голове стоит мне кивнуть, как оно свалится на пол!

— Но, сударыня моя, на балах и свадьбах носить парик обязательно! Могу понять и солидарен с вашим отказом носить корсет и обручи, но парик – это просто необходимо!

— Тьфу! Вы так говорите, потому что сами делаете парики, и вам хочется их похвалить. Я не надену корсет и обручи под юбки и не надену парик. У меня свои волосы шикарные, и разговор окончен!

Ни одна из дам не удостоила Ханну чем-то большим, чем беглый взгляд, и она подумала, что ее принимают за служанку. Она полагала, что они недалеки от истины, но какое потрясение они испытают завтра! Ханна подавила ехидный смешок.

Она выглянула на улицу. Съехалось множество гостей. Разбивали палатки. Как же много народу! На мгновение ее охватил страх. Сможет ли она повести себя так, чтобы не скомпрометировать Малколма?

Чувствуя себя потерянной и немного одинокой, Ханна побрела на кухню и обнаружила там сумасшедший дом. Там все кипело. Бесс руководила десятком служанок. В огромном очаге ревел огонь, а сама кухня напоминала раскаленную печку. Бесс не обращала внимания на стекавшие у нее по лицу струи пота и величественно прохаживалась, внимательно наблюдая за всеми и вся.

А еда… Ханна никогда не видела столько еды сразу. Копченые окорока, оленина, баранина, птица – индейки, гуси и голуби. Несколько видов рыбы и морепродуктов, включая устриц, моллюсков и раков. Ханна знала, что в последние две недели Малколм много ездил с рабами на охоту, и их результаты были представлены на столах.

Остывали всевозможные пирожные, торты, пироги и пудинги. В кастрюлях варились овощи: ирландский картофель и батат, всяческие сорта бобов и фасоли, и в основном спаржевая фасоль. На углях в очаге жарились початки кукурузы, там же пеклись кукурузные лепешки.

Ханна знала, что кладовая под родником полна молока, масла, сыра и разных фруктов, которые держали в холоде перед подачей гостям.

Малколм говорил ей, что гости обычно берут с собой корзинки с провизией на первый день, но с завтрашнего дня всех станут кормить за счет «Малверна».

Бесс заметила Ханну и поспешила ей навстречу, вытирая фартуком взмокший лоб.

— Милая, а ты что здесь делаешь?

— Да как-то мне одиноко, Бесс. Все так заняты… – Она всплеснула руками. – А мне вот совсем нечего делать.

— Глупый ребенок! Ты невеста, тебе и нельзя ничего делать, – напустилась на нее Бесс. – Господи боже, тебе даже на глаза нельзя показываться, пока не настанет время предстать перед священником! Так что давай уходи. – Она взмахнула фартуком. – Ты здесь мешаешь. Ступай к себе в комнату и любуйся на наряды, которые наденешь под венец. Живо!