Книга Последний круиз писателя, страница 62 – Пьерджорджо Пуликси

— По-моему, его отравили. Повторяю, я не эксперт, но, исходя из того, что вижу, вероятно, использовали цианистый водород — токсичное соединение, блокирующее клеточное дыхание, нарушающее поступление кислорода к тканям. Этим можно объяснить посмертные пятна на коже — они появились из-за накопившегося в венозной крови кислорода. Вы не будете так любезны помочь мне приподнять его брюки и снять обувь?

— Не буду, — отказался Монтекристо. — Не может быть и речи о том, чтобы я к нему прикоснулся.

Карузо покачал головой и наклонился, чтобы помочь доктору.

— Какой ты на хрен «детектив по вторникам», — пробормотал он. — Ты и эти две черные кошки словно специально созданы для того, чтобы приносить несчастья. И ты еще позволяешь себе брезговать…

Арно надел очки, которые носил из-за дальнозоркости, и внимательно осмотрел ступни, лодыжки и голени писателя.

— Да, взгляните сюда. — Он указал на нижние конечности Галеаццо. — Трупные пятна становятся вишнево-красными, что типично для отравления угарным газом или цианидом. Я бы сказал, что сомневаться не приходится. Я могу также утверждать, что тело не перемещали, он умер в этом положении. — Густав включил фонарик на мобильном телефоне и заново осмотрел глаза, нос и рот. — Глаза и губы налиты кровью, на них имеются классические петехии, которые наводят на мысль об асфиксии. И если хорошенько посмотреть вот здесь… Видите эту розоватую пену вокруг рта и ноздрей?

— Я верю вам на слово, — сказал Монтекристо, держась на почтительном расстоянии.

— Да, я вижу, — ответил Карузо, разглядывая слизистые оболочки полости рта.

— Это признак отека легких. — Густав Арно попытался вытащить «Паркер» из пальцев писателя, но ему это не удалось.

— Как я и думал, трупное окоченение наступило очень быстро. И если я правильно помню, это тоже характерный процесс для смерти при отравлении. Трупное окоченение наступает быстрее, чем при естественной смерти.

— Ничего себе, доктор! Вы еще поскрипите! — воскликнул инспектор. — Кажется, что вы вскрытия каждый день проводите.

— Нет, я всего лишь большой поклонник Патрисии Корнуэлл и ее Кей Скарпетты. Эти знания получены мной больше из ее книг, чем из учебников по медицине.

— Заметили что-нибудь еще? — поинтересовался инспектор.

— При поверхностном осмотре — нет. Нужно вскрывать труп. Но заниматься этим буду точно не я: мне через несколько секунд станет дурно, да и я не знаю даже, с чего начинать.

— Как, по-вашему, они дали ему яд? — спросил Монтекристо.

— Не знаю. В том смысле, что я не эксперт, и, думаю, только токсикологические тесты помогут это понять. Так, навскидку, предполагаю, что убийца воспользовался какой-то жидкостью. Вино, ликер, кофе.

— Может, еда? — предположил Карузо.

— Возможно, но это было бы сложнее проделать.

— Конфета?

— Да, возможно.

— Смерть наступила быстро? — продолжил Марцио.

— Почти мгновенно, я бы сказал. На мой взгляд, это дело рук женщины. По статистике именно они составляют наибольший процент убийц, пользующихся ядом. Это более чистая, более утонченная и изысканная смерть. Мужчины же действуют куда грубее и банальнее.

— Добро пожаловать на фестиваль гендерных стереотипов, — возмутился Марцио, понизив голос.

— Мы учтем ваши подсказки, доктор. На данный момент благодарю вас. Прошу оставаться на связи и, главное, не обсуждать ни с кем то, что вы видели. Не говорите ничего другим пассажирам. Ни капитану, ни владельцу корабля. Договорились?