Книга Три письма в Хокуто, страница 115 – Анни Юдзуль

Камо мельком глянул на Хёураки: согнутая спина, опущенная голова. Ее тяготило нечто, что не мог понять никто, кроме него. Забота тех, кто любит, порой перекрывала воздух.

Где-то там, внизу, мчалась в беспечной гонке машина Бенни. Она вернется за Хёураки, в этом не было никакого сомнения. Камо не знал причины этого, но понимал, почему Хёураки угнетает ее забота. Он знал и ответ на вопрос о свободе, однако он был тяжелым для всех…

Прогремели выстрелы. Все разом прильнули к экрану. Макино выдохнула впервые за добрую минуту.

— Ты все записал?

Ши лукаво улыбнулся. Она сняла трубку телефона и приложила ее к уху:

— Хиро? Дай мне первый и третий каналы. Твои пирожки подождут.

07:41

Бенни резко развернулась на подъезде к исследовательскому центру. Шлагбаум был опущен. Человек в рубке пришел в движение и вновь затих. Она подождала для приличия французскую норму времени в четыре с половиной секунды и высунулась в окно:

— Открой!

— Не положено, госпожа.

Она сверлила его взглядом. Что ж, похоже, у них здесь стоят противодействующие пассивной агрессии стекла. Пф. Бенни села на место. Вдохнула поглубже. Сжала руки на руле. Озаряя дорогу красным, ее автомобиль попятился.

Отъехав на возможное расстояние, она переключила передачу и вжала в пол педаль газа. Шлагбаум разнесло в клочья, обрубок остался у самого крепления. Мужчина на пропускном пункте присел, закрыв голову руками. Не останавливаясь, Бенни промчалась по территории и затормозила у дальнего корпуса.

Здесь ее уже ждали.

Бенни потерла глаза и потрясла головой. У крыльца стояли двое: объект в белых кружевах, которого она уже видела и за которым приехала, и… Это был ребенок. Золотистые волосы растрепались утренним ветром. Его пухлое румяное лицо с губками-бантиком точно понравилось бы ее бабушке. Пронзительные карие глаза смотрели на нее с неуместно взрослой насмешкой. В руке он сжимал пистолет.

Бенни обнажила свой табельный и вышла из машины.

— Он сказал, что вы придете с мечом. Соврал, получается. – Ребенок взглянул на Овечку с улыбкой.

— Стоит изучить принцип использования метафор, люди часто к ним прибегают, – ответил Овечка.

Бенни переводила непонимающий взгляд с одного на другого.

— Я заберу его, – наконец отозвалась она, – любой ценой.

— Про цену он тоже сказал. Надо же, какой ты прозорливый, Овечка-сан.

Бенни кивнула на пистолет в его руке:

— Собираешься сражаться?

Ребенок закатил глаза, погружаясь в расчеты.

— Пожалуй, нет. Прощай, Овечка-сан. – Он опустил руку и поставил пистолет на предохранитель.

— Еще увидимся, – ответил Овечка и шагнул навстречу Бенни.

— Пока-пока. – Ребенок помахал отъезжающему автомобилю и взбежал по крыльцу.

07:49

Воздух поступал тяжело. Якко с усилием втягивал и выталкивал его наружу. Ну что ему, еще одну стихию теперь покорять? Почему вентиляция легких не может просто работать как надо?!

Он с трудом разлепил один глаз. Второй заволокло болью. Он ощупал его и тяжело вздохнул. На такой шишке грим держаться не будет!

Когда глаз удалось разлепить, Якко увидел Рофутонина. Он сидел на земле в нескольких метрах от него самого. Автомат валялся на отдалении: Якко не видел, но ощущал жар его дула. Кряхтя, он приподнялся и перевернулся на другую сторону.

Фургон все еще был на месте. Неровная линия пулевых отверстий прошила кузов от головы до хвоста. Уайтблад стоял на своих двух и даже ка-апельку не истекал кровью. Зато брызгал слюной.