Книга Три письма в Хокуто, страница 98 – Анни Юдзуль

Сэншу покачал головой и с упорством олимпийца доковылял до его столика с бокалом поменьше.

— Такие мы забавные калеки, да? – Якко усмехнулся и поймал (не с первого раза) губами трубочку.

Коктейль оказался шоколадным и сильно отдавал душком дуба с карамелью. Сэншу было чему поучиться! С другой стороны, он хотя бы не забывал подать угощение всем. Якко скосил глаза на Джа.

— Кстати, об этом. – Сэншу отвлек его. – Мы думаем, тебе стоит посетить врача.

Якко изогнул бровь:

— Типа человеческого? Да он меня на опыты сдаст! Ты слышал, что эта иностранка сказала? Они нас пасут.

Сэншу вздохнул – его лицо смотрело на Якко «молодой девушкой со свечой»^[15] – таинственной, но глубоко понимающей полуулыбкой. Будто видел Якко насквозь: все его тоненькие косточки, все душевные нитки, все крамольные мысли о том, что Джа дурачок. Казалось, он одновременно и прощал.

— К сожалению, я не могу отмотать это назад. – Сэншу кивнул на ладони Якко.

Тот пожал плечами:

— Я и без рук неплохо управляюсь. Особенно если кто-нибудь из вас почешет мне спину, когда прихватит. Хех.

Сэншу подался вперед, его голос стал на два тона ниже, и Якко неуютно поежился – будто в его пространство влетела оса.

— Но они ведь болят.

Якко уставился на него. Что это… что это за резкая смена отношения, а?! Это что тут такое началось?! Он подался назад, вжимаясь в диван. Шоколадная феерия осталась на столе; так близко и так далеко… Прямо как губы, которые не можешь поцеловать, мармеладные, в витрине магазина. Сэншу нависал над коктейлем немой угрозой, силясь заглянуть своими глубокими разноцветными глазами в поверхностные лужицы глаз Якко. Ну вот еще. Выдумали! Раньше что-то никому не было дела, что он…

Джа кивнул и отошел в сторону. Он прошел мимо Сэншу, остановившись лишь на мгновение, чтобы пожать Сэншу плечо.

— План Б, – только и сказал Сэншу и поднялся на дрожащие ноги. Якко тяжело вздохнул.

Бенни дождалась, пока дежурный покинет свой пост и закурит за крыльцом. Она подтянулась на поручнях, прикрыла за собой дверь и тихим шуршащим шагом прокралась по коридору. Несмотря на тепло там, снаружи, здесь всегда было как-то бесприютно. Она пробралась мимо просветительских плакатов, мимо стендов, откупающихся от случайных читателей ничего не значащей информацией, – туда, вперед, где вереница кабинетов заканчивалась поворотом и спуском по крутой темной лестнице. Она сбежала вниз по ступенькам, едва не оступившись.

На широкое коридорное пространство здесь полагалась всего пара ламп. Надо же, какие они тут экономные!

Полумрак был ей на руку: она прошмыгнула мимо открытой двери первого кабинета и прижалась к стене сразу за ней. За те дни, что она, изображая усердную работу, старательно подслушивала сотрудников службы безопасности, она успела понять следующее: информация о цукумогами засекречена под список. Базы данных хранятся в электронном виде в головном офисе – куда у нее, увы, при всех ее стараниях, так и не появилось доступа. Люди сновали через проходную день и ночь, а черный ход открывался под двойной ключ. Да и с компьютерами она была на вы… Одним словом, засада.

Однако Китахара как-то упомянула и запасной архив: бумажные копии в Японии делали для всего, что только можно представить, – и вот они были вполне доступны. После проходки трех уровней доступа, конечно же. Что ж, украсть пропуск сотрудника оказалось легче, чем она думала.