Книга Когда в Чертовке утонуло солнце, страница 85 – Алексей Котейко

— Работа мастера Гануша, — как бы мимоходом заметил водяной, приподнимая крышку на одном из горшков, из которого тут же вкусно запахло молочной лапшой. — Внука, конечно.

— Откуда? — только и сумел сказать Максим. — И сколько я вам за них должен, пан Кабурек?

— Нисколько. Это куплено на ваш рейнский дукат. Эвка посчитала, что у вас должна быть как можно более надёжная защита. Раз уж с вами каждую ночь случается что-нибудь эдакое. Я только помог отыскать именно эти. Слышал, что изделия покойного мастера Гануша одни из самых точных и безотказных.

— Да, мне говорили, — растерянно сказал парень, касаясь рукоятей. — А где же пани?

— Спит, — пояснил водяной. — Умаялась, пока занималась стиркой и готовкой.

— Я утром, как вы велели, сразу пошёл в сад, но она сама меня там нашла. Пани не спала всю ночь?

— Наверное, — чуть нахмурился Кабурек, перекатывая в пальцах ложку. — Сдаётся мне, она сейчас почти не спит. Сделайте одолжение, пан Резанов?

— Какое?

— Вернитесь сегодня домой пораньше. Если, конечно, на службе не задержат.

Макс смущённо отвёл глаза. Ему показалось, что водяной прекрасно знает: прошлой ночью назначения у младшего стража не было, и ничто не мешало ему сразу после построения вернуться на Кампу.

«Интересно, а если бы я ночевал здесь — увидел бы сон с Хеленкой?» — подумалось парню. Но вслух он только сказал:

— Хорошо, пан Кабурек.

* * *

— Ого! — оценил Иржи обновку приятеля. — Где ты их раздобыл? И много отдал?

— Не я. Пани Эвка.

— Ого… — снова протянул Шустал, но уже не так восторженно и заметно более задумчиво.

— Не знаешь, ротмистр Вейвода уже был у командора?

— Был, часа два тому. Нападавшие лежат сейчас в мертвецкой. Сам пан Фауст тоже был — ещё более гордый собой, чем обычно. Наш чернокнижник успел применить некромантию, и ещё у себя дома допросить обоих убитых.

— С чего ты взял? — удивился Макс.

— Пан Бочак был у командора, а я спросил у него.

— И что ещё пан Бочак рассказал?

— Что дело, в общем-то, глухое. В «Чёртовой корчме» к ним за столик подсел незнакомец в зелёной тирольской шапочке с алым петушиным пером. Предложил заработать, дал каждому по дукату и обещал ещё по два, если они прирежут пана Фауста и избавятся от тела так, чтобы все решили, будто чернокнижника сам дьявол вынес в трубу. Ну, они и отправились. Видели, как пан Фауст вышел и начал чертить свои пентакли, но побоялись нападать в такой момент. Зато заметили, что он по рассеянности не запер дверь — и решили дождаться его в доме. Ждать пришлось долго. Когда чернокнижник вошёл в лабораторию, и они ввалились следом, пан Фауст опрокинул несколько горшков на своём столе. Их содержимое смешалось — и раздался взрыв. А дальше ты знаешь.

— Что за «Чёртова корчма»? Ну и название для заведения.

— Да всё с заведением нормально. Это погребок на Штупартской. Самый первый его владелец, ещё лет сто тому назад, узнал где-то про римского Бахуса, который бог вина, ну и заказал какому-то художнику намалевать его с компанией. А у Бахуса в спутниках кто? Правильно, вакханки и сатиры. Мастер и изобразил развесёлую гулянку с полуголыми девками. Потом кто-то сатиров принял за чертей — с перепою, не иначе — так и привязалось: «Чёртова корчма». Та роспись до сих пор цела, если хочешь, заглянем как-нибудь в погребок. Правда, заведение не самого высокого пошиба, даром, что чуть ли не в двух шагах от Староместской площади. Не удивительно, что наниматель именно там подбирал исполнителей. У них всякая публика бывает, в том числе и сомнительная.