Книга Тайна боярышни Морозовой или гостья из будущего, страница 45 – Резеда Ширкунова

— Получиться ли?

— Надеюсь!..Ты для Анны отныне — тень, советчик, щит, опора во всем. Не подпускай к ней никого близко. Пруссия и Англия в последнее время рыщут вокруг, словно волки голодные, а нам это ни к чему. Выезжайте завтра с первыми петухами, а это деньги на расходы.

Хозяин кабинета отодвинул массивную картину, открывая за ней потайной сейф, где на всякий случай лежали мешочки с червонным золотом.

— Если что новое всплывет, сразу весточку почтой, но пиши завуалировано*.

— Там еще мутит воду мелкий безземельный дворянин — Захар Матвеевич Красильников, староста земской. Видел он образец ткани, боюсь, как бы не проболтался лишнего.

— Заставь его замолчать, не мне тебя учить. Не о себе, о России радеем*.

Выслушав наставления, я покинул кабинет. И вот, встретившись взглядом с янтарными очами своей подопечной, я увидел ее совершенно по-новому. Серо-карие глаза, в котором сочетались одновременно серый, зеленоватый и коричневый цвета, обрамленные густыми, темными ресницами, словно два самоцвета, манили в неизведанные глубины. Казалось, в них сокрыты ключи к тайнам мироздания. В них отражалась не только красота земная, но и мудрость, веками накопленная. Я чувствовал, что, разгадав её секрет, смогу обрести и главный секрет своей жизни.

Она была прекрасна.

Высокие скулы, тронутые легким румянцем, и пухлые губы идеальной формы, казалось, созданы для поцелуев и нашептывания сокровенных тайн. Тонкий, прямой нос придавал ее облику аристократическую утонченность.

Волосы цвета спелой пшеницы, ниспадающие волнами до плеч, игриво переливались в лучах солнца, проникающих сквозь оконные стекла. Легкая небрежность в прическе лишь подчеркивала ее естественную красоту, словно она не прикладывала ни малейших усилий, чтобы выглядеть столь неотразимо.

Она вопросительно взглянула на меня, и я смутился от затянувшегося молчания, оттого, что так долго ее разглядывал.

— Сейчас едем в гостевой двор, а завтра с утра отправляемся в Кострому. Подробности пока опущу. Здесь не место для разговоров, но непременно побеседую с вами о господине Сладкове на обратном пути.

— Дорога до гостевого двора неблизкая. Может, хоть в общих чертах скажете, к чему мне готовиться?

Молча выйдя из дома, я помог Анне Глебовне устроиться в карете, а затем занял место напротив. Староста уже был внутри.

Стукнув по стенке кареты, я дал знак кучеру трогаться в путь.

— Федор Юрьевич — человек неплохой, но будьте с ним осторожны. Он всей душой предан Отчизне, и ему, по сути, безразлично, откуда в вашей голове рождаются столь диковинные идеи. Но если он заподозрит хотя бы малейший интерес к вам со стороны иностранных держав, он вас уберет с дороги… Не сразу, конечно, но сделает непременно!

— То есть уничтожит? — произнесла она мелодичным голосом, в котором, однако, не звучало ни страха, ни колебания.

— Да.

— Почему-то меня это не удивляет, — ответила она. — Стоит ли мне опасаться чего-то еще?

— Не думаю, но в нашем деле предсказать что-либо наверняка невозможно. Хочу с вами поделиться мыслью. Полагаю, что изготовление тканей возьмет на себя казна, государство выделит на это средства, а вот остальными вопросами вы будете заниматься самостоятельно. И еще, все ваши записи, ежели таковые имеются, лучше передать мне на хранение.