Книга Я не выйду за тебя, Вахабов!, страница 2 – Лита Летинская

В замешательстве стою, не понимая, что происходит? Я всего ничего не успела к началу, невесту уже к машине ведут, а мне так хотелось поговорить с Мадинкой до этого.

Неужели влюбленные пошли наперекор традициям и решили по-русски, сразу жениху отдать невесту?

Зная родителей Мадины, вряд ли дядя на это пошел.

В груди тяжесть нарастает, подспудное беспокойство начинает терзать, не понимаю, в чем дело, переживать начинаю. Нет, то просто волнение за сестру — успокаиваю себя как могу. Поговорю с ней и все обязательно выспрошу!

Сегодня такой важный день для невесты. Она наконец в руки любимого отдана. Два любящих сердца, наконец, соединятся!

Сердце подпрыгивает в радости, грудь распирает, заглушая недоброе предчувствие. Не нужно о плохом думать. Беду кликать сегодня только счастье и веселье — лишь они должны гулять во дворах жениха и невесты.

Не могу понять, что с Мадиной? Она идет очень медленно, едва маленький шажочек делая, останавливается. Подол свадебного платья слишком пышный, да еще шлейф позади на добрый метр. Ох и платье же себе выбрала шикарное, все мерцает на солнечном свету. Но неудобное. Идти ведь мешает.

Ее под руку Рус держит, к большому белому внедорожнику ведет. Девчонки молодые вокруг суетятся, подол придерживают, поправляют. Я издали могу за ними наблюдать, на цыпочки привставая, разглядеть, что происходит, уж очень хочется.

У машины мешкают, невеста как вкопанная замирает, одной рукой в кузов машины упирается. Неужто поплохело? В такую жару да столько слоев ткани не удивительно. Надеюсь, в прохладе кондиционированного салона ей легче станет.

Мадинку в машину усаживают, пышный подол поправляя, аккуратно в салон заталкивают.

Мне с ней сейчас нужно быть, поддерживать. А я так бестолково время профукала!

Кое-как в туалете поезда переодевалась в платье свое. С волосами ничего делать не стала, не успевала, двумя заколками по бокам подколола, чтобы не мешались сильно.

— За другого брата выходит, — слышу шепотки в толпе, разворачиваюсь.

Понять не могу, откуда слова эти вылетели, у кого спросить, что это значит? Знакомых рядом не вижу. Все тетушки и сестры у машины невесты суетятся. Мне бы пробиться к ним, но гости уже плотным кольцом обступили.

Машина невесты трогается, оповещая всех гудками громкими.

А я бегу к оставленному такси. Не могу же я сестренке даже счастья не пожелать!

Я водителя прошу за кортежем невесты следовать. Водитель сам рад. Такое событие прекрасное: вах-вах, свадьба!

Приезжаем мы к дому, очень знакомому. Не Руслана это дом, его дяди.

Только сейчас понимаю, как жестоко ошибалась, думая, что влюбленные наперекор традициям пошли.

Все оказывается намного хуже!

Смотрю на жениха и сердце мое падает, падает, рушится в пропасть.

Он в костюме черном, неуместном на такой жаре, безумно идущем ему. Красивый, высокий, мрачный как туча. Смоляные брови вразлет почти слились воедино, взгляд в пространство отсутствующий, словно не он скалой тут стоит, его оболочка, мыслями далеко где-то, за пределами праздника.

Сердце срывается в кровь — чужой жених он. Не верится. Разум понимает, а сердце — отказывается. Эту новость отвергает.

Не мой.

Сестренки моей, Мадинки. Замуж за него она выходит.

Я из такси только выпрыгнуть успеваю и на Алана натыкаюсь сразу же. Стыдно в глаза ему смотреть, вспомнить, расставание наше последнее. Какими словами его прогнала.