Книга Почему ты молчала?, страница 46 – Анна Шнайдер

Кто как добирался в этот день до учебного заведения, а мы решили не мудрствовать и сели в автобус. Повезло, он был не слишком переполненный, так что цветы Иришка не помяла, и даже сесть смогла, улыбаясь окружающим. На неё все умилялись, пара бабушек пожелала успехов в учёбе, а потом объявили нашу остановку и мы вышли из автобуса.

От остановки до школы рукой подать, и через парковку бежать вовсе не нужно — просто я в прошлый раз сокращала путь. Мы пошли по дорожке вдоль проезжей части, потом свернули налево и направились уже к распахнутым школьным воротам, к которым стекались ручейки из детей и их родителей. Народу было навалом, а ведь торжественная линейка в этом году только для первого и одиннадцатого классов! Представляю, что бы было, соберись тут вся школа. Хотя, наверное, мы во дворе и не поместились бы.

Отыскав взглядом Анну Николаевну с табличкой «1А», я взяла Иришку за руку и поспешила к нашей первой учительнице. И едва не споткнулась, обнаружив, что Яков с женой и двумя сыновьями уже тут. Судя по тому, что старший тоже в форме, он ещё учится. Угораздило же меня! Хотя как я могла знать, что сыновья Якова будут здесь учиться? Он ведь жил в другом районе, а мы пошли в школу по прописке. Может, Яков переехал?

— Ириш, стой, я тебя сфотографирую! — громко сказала мама, и Нестеров, до этого не замечавший нашу процессию, потому что стоял спиной к проходу, резко развернулся.

Его внимательные глаза скользнули по мне, затем по маме, но не задержались — сразу впились в Иришку, которая широко улыбалась, застыв с букетом хризантем и отставив ножку в сторону, как настоящая модель.

Яков смотрел на свою дочь, не моргая, несколько секунд. Впрочем, он не только не моргал — Яков, кажется, даже не дышал, и только его лицо бледнело с каждым мгновением всё сильнее.

Наконец он отмер, его грудь приподнялась, словно он сделал глубокий вдох, и Яков посмотрел на меня.

Я думала, что увижу в его глазах гнев, но ничего подобного там не было. Была только боль.

Боль — и немой вопрос.

«Почему ты молчала?»

Яков

До первого сентября Яков чего только ни передумал в свободное от работы время. А его было достаточно, поскольку первое число выпадало на понедельник.

У Оксаны случился новый виток — и после откровенного раздражения жену вновь развернуло к ласке и подлизыванию. Но не только — ещё она вдруг заявила, что хватит сидеть дома: институт закончила, пора искать работу. И так почти двадцать лет дома, сколько можно супы варить?

— Устрой меня к себе в издательство, — закончила Ксеня почти торжественно, и Яков едва не поперхнулся кофе за завтраком. — Я же бухгалтер по образованию. А ты у вас там — важная шишка. Наверняка сможешь.

Честно говоря, Яков понятия не имел, сможет или нет. Он вообще предпочитал не устраивать на работу знакомых, поскольку тень их косяков впоследствии всё равно падает на того, кто устроил. Передать резюме, замолвить словечко — да, мог, но никого не протаскивал. Однако всё это касалось редакции, в дела бухгалтерии Яков никогда не лез. Но даже если бы он мог устроить Ксеню в «Гутенберг», не стал бы этого делать — просто потому что не хотел, чтобы она была с ним рядом ещё и в рабочее время.

— Насколько я знаю, у нас сейчас полный комплект, — ответил он жене и заметил, как она поджала губы. — Но я спрошу. А ты не жди, размещай резюме в интернете, смотри вакансии. Может, найдёшь что-то выгоднее.