Книга Чары в стекле, страница 139 – Мэри Робинетт Коваль

Истинными «героями революции» можно назвать Бет Водзински и Шона Марки, позволивших нам остановиться у них, когда наш грузовик для переезда сломался в их городе. Последние две главы книги я дописывала у них в гостевой комнате. А Мерри Хаскилл пустила меня посидеть на крыльце их коттеджа, пока я мучилась с правками, и терпеливо выслушивала мои попытки объяснить, как работают в мире книг чары. И не дала сойти с ума в последний день работы над редактурой.

Особенная благодарность Алексу МакВею, Джулии Райос, Джону Ри-Хендрику, Дэниэлу Райсу, Трейси Эриксон и Кэти Даннебэк, прослушавшим всю книгу, пока я читала ее вслух через Google+. Они лучше любого искусственного интеллекта, когда-либо придуманного писателями-фантастами, подмечали ошибки в ходе повествования и предлагали синонимы для анахронизмов.

Ну и, конечно же, я бы не смогла написать эту книгу без своего мужа Роба, героически вытерпевшего все мои потуги дописать роман, пока мы переезжали на другой конец страны.

Историки заметят, что в этой версии истории Веллингтон разбил Наполеона на день раньше – у Катр-Бра, а не при Ватерлоо. И мне очень помогла книга Ника Фоулкса «Из танца в бой: общественная история битвы при Ватерлоо», в которой подробно описывается жизнь Брюсселя и прилегающих к нему областей во время Ста дней. Весьма рекомендую этот труд к прочтению всем, кто интересуется этим периодом истории. Также я опиралась на книгу Эдит Сондерс «Сто дней: последний рывок Наполеона к победе», а некоторые детали жизни в военных лагерях брала из книги «Оружие и женщина: интимный дневник влюбленного балтийского дворянина в дни Наполеоновских войн» Бориса Узкулла.

В городе Бинш и в самом деле проходит Марш жилей, но, увы, без всяких драконов. А вот остальные детали фестиваля имеют место и в нашей жизни. По большей части.

Самые внимательные читатели непременно отметят, что в «Оттенках молока и меда» отец Винсента упоминается как «count» («граф» – прим. переводчика), и это чудовищная ошибка, и я сама до сих пор не могу понять, как умудрилась ее допустить: в Англии никаких «count» не бывает, даже в моей альтернативной истории. Граф Вербери – «earl», так что давайте предположим, что Винсент просто так перенервничал во время разговора с Джейн, что оговорился. Простите меня, ладно?

(Прим. переводчика: earl – тоже «граф», так что русскому читателю не совсем очевидно, в чем критическая ошибка г-жи Коваль. Вопрос в этимологии и ареале использования. Слово «count» – латинского происхождения, изначально означавшее «компаньона императора». Графы имеют власть над земельными наделами, но их политический вес сильно ограничен. Слово «earl» нашему уху привычнее в виде слова «ярл», оно имеет древнескандинавское происхождение и на британские земли пришло вместе с англосаксами. На континенте используется count, на острове – earl.

Чтобы был понятен смысл ошибки, можно представить себе ситуацию с обратным переводом английского слова «prince», означающего и «принц», и «князь». Так что в данной ситуации Мэри могла бы сказать: «В первой я назвала отца Винсента князем, хотя в Англии нет князей, там принцы, так что он, конечно же, принц!»)