Онлайн книга «Сезон штормов»
|
Она обнимала мужа, они двигались вместе, вознося друг друга все выше и выше, все дальше и дальше от смерти, что отвела руку. Это было так мучительно нежно, так не похоже на все то, что было меж ними раньше. Металл его обручального кольца терся о ее бедро, Таласин поцеловала мужа в висок, и это было так… …так опасно, что сердце вновь екнуло, затрепетав, и живот скрутило что-то, не имеющее ничего общего с возбуждением, а может, обостренное им… «Кажется, я влюбляюсь». Нет. Нельзя. Она не может поступить так с людьми. Таласин даже не осознавала, что напряглась, пока Аларик не замер над ней. — Что-то не так? – спросил он хрипло и заправил ей за ухо прядь волос так заботливо, так осторожно, движением, совершенно не вяжущимся с вибрирующим напряжением всего его тела, едва сохраняющего контроль. – Что бы это ни было, я все исправлю, я… Она потерлась носом о его шею. Это было слишком похоже на любовь. То, на что они не имели права. Он сам так сказал. То, чего она не заслуживала. «Если бы он знал… когда он узнает…» Несвязные мысли воющим вихрем пронеслись в голове. Однако среди всей этой бури горел упрямый негасимый огонек. Огонек ее жгучей потребности в нем. Во всем этом. Ногти Таласин впились в спину мужа. Аларик зашипел, дернулся внутри нее, и в отместку укусил в шею. Легонько, не наказывая, а играя. — Сильнее, – потребовала она. Он приподнял голову, слегка нахмурившись, а она подалась к нему – с нетерпением, маскирующим нарастающую тяжесть в груди. Глаза его – на фоне бледной кожи и черных шрамов – сверкнули серебром, и Таласин едва сдержала стон разочарования, когда он, встав на колени, выскользнул из нее. В голове, казалось, должно было проясниться, но она чувствовала только потерю. Впрочем, Аларик не заставил долго ждать; приподняв ее бедра и пристроившись, снова вошел в нее одним мощным толчком, выбив из легких жены унизительный писк. «Это слишком. – Вот первая мысль, что промелькнула в ее запрокинувшейся голове. – Это слишком, я не смогу». Он отступил на несколько дюймов, только чтобы снова вонзиться до самого основания, и она вцепилась в простыни, комкая их. Рот приоткрылся, выпуская сдавленный стон. Аларик наградил ее диким, возбужденным взглядом. Свет всех семи лун дрожал на каждой мышце его обнаженного торса. Он двигался, задавая резкий, яростный темп, как она и просила. Он всегда давал ей то, чего она хотела, когда они занимались этим – и это горько-сладкое прозрение пришло вместе с приливом к голове крови. Кажется, часть Аларика все еще пребывала там, в кратере. Его гнев рвался на поверхность, и каждый толчок чуть сдвигал удерживающую ярость крышку. — Никогда больше не рискуй так, Тала, – прорычал он, грубо овладевая ею. – Если откажешься, я буду сдерживать твои порывы. Твоя безопасность превыше всего, как бы тебе ни было трудно в это поверить. — Ты не смеешь указывать мне, что делать, – парировала Таласин, задыхаясь. Он будто почернел от досады. И следующий толчок задел у нее внутри такую точку, что спина Таласин выгнулась дугой. Предательский уголок сердца отчаянно взывал к недавней нежности, но она знала, что в бесконечной череде неудачных решений этот вариант самый лучший. Грубая телесность была сейчас спасением. А вскоре она и вовсе лишилась дара речи, только судорожно вздыхала, когда он набирал скорость, и непристойно стонала, когда замедлялся. Пальцы его оставляли синяки на бедрах. Таласин стремительно проваливалась туда, где не было ничего, кроме нее, мужа и войны между ними. Оргазм нарастал внутри, и она просунула дрожащую руку между телами с отчаянным желанием усилить возбуждение, подтолкнуть себя к краю пропасти. |