Книга Сезон штормов, страница 22 – Теа (Тея) Гуанзон

Пол провалился, и Таласин полетела вниз вместе с градом расколотых камней, бывших только что балконом.

Золотой кинжал словно сам собой возник в руке, и она вонзила острие в рассыпающуюся колонну, до которой едва смогла дотянуться. Сверкающий клинок, высекая из обсидиана черные искры, прочертил в камне глубокую борозду, остановив падение Таласин, что было сил вцепившейся в рукоять, вися футах в пяти от земли.

В соседнюю колонну впился абордажный крюк, вызванный из Врат Теней. Потрескивающая полуночная веревка, прикрепленная к нему, стремительно укоротилась, и на ней, чуть ниже Таласин, закачался Аларик.

— Прыгай!

Аларик редко повышал голос, и Таласин, не раздумывая, мигом повиновалась. Она спрыгнула на площадь, Аларик последовал за ней, приземлившись рядом, и тут же еще один вал молний раздробил колонны, за которые они цеплялись считаные секунды назад.

Лежа на животе, Таласин дико огляделась по сторонам. Из ангаров штормовика вылетали кораклы-«осы», осыпая арбалетными болтами все, что движется. Большая часть окружающих площадь башен противовоздушной обороны была разрушена первым же залпом, и кесатхские солдаты и Кованные Тенью легионеры суетливо метались, пытаясь занять оборонительные позиции за колоннами, в дверных проемах или под осыпающимися секциями крыши.

Восстание. Таласин кое-как собралась с мыслями. Восстание на Континенте. Сардовийцы не сдались, принимая правление Кесатха.

Но это же самоубийство. Как только Цитадель поднимет свои воздушные корабли, сардовийцы будут разгромлены – а с ними погибнет и «Хитон», самое ценное оружие, какое только есть в их распоряжении. Какова же цель всего этого?

И с ними ли Каэда?

Таласин села. Аларик встал на колени. Свои короны они потеряли – оба.

— Моя семья, – только и смогла выдавить Таласин сквозь грохот битвы.

— Я видел, как они забежали в дом прямо перед тем, как рухнул балкон. Мои люди присмотрят за ними.

Аларик извлек из Врат Теней нож и занес клинок над ее юбками.

— Что ты делаешь? – взвизгнула Таласин, когда он полоснул по шелку, вспарывая нижние слои, кромсая края, отрезая пышный шлейф.

Она бы непременно пнула наглеца, но очень боялась нарушить изощренно-опасный танец шепчущего клинка, скользящего так близко к ее голым ногам.

— Это чтобы тебе легче было бежать.

Удовлетворенный своей работой, Аларик поднялся – как раз вовремя, чтобы встретиться лицом к лицу с наземными силами сардовийцев, высыпавшими из потрепанной ладьи, приземлившейся посреди площади под прикрытием молний «Хитона».

То была разношерстная компания без какой-либо униформы, только с оранжево-желтыми повязками на рукавах. Некоторые несли арбалеты, другие – мечи, но подавляющее большинство оказались вооружены лишь сельскохозяйственными орудиями. Таласин не могла спасти всех этих людей, но хотела попытаться. Если бы только она могла, не засвечивая свое прикрытие, сказать им, что пора отступить, нельзя жертвовать впустую кораблем, лучше дождаться амиранта…

Керамический аппарат с округлыми боками и коническим основанием влетел в пространство между ней и Алариком – и Таласин, подчиняясь инстинкту, простейшему, бездумному, в мгновение ока метнулась в сторону. Граната взорвалась, едва ударившись о землю, раздался оглушительный грохот, и мир исчез, распался на глиняные черепки, негашеную известь и серу.